Ничья его девочка

Я передумала что-то говорить. К своим хочу. Подарки получать и ни о чем не думать. Я даже согласна чтоб меня отхлестали линейкой.

— Отпуститеее! Сейчас же! Уродыыыы! Больнооо! — завопила так громко, что Барский все же обернулся. А я замерла. Меня глаза его ввели в ступор. Очень красивые и в тоже время страшные глаза. Волчьи. Не знаю почему именно это сравнение пришло на ум. Они у него очень светлыми оказались, бледно-голубыми. Холодного цвета. Ледяные какие-то. Взгляд неподвижный и кажется даже воздух покрывается инеем, замерзает почти невидимыми тонкими паутинами.

Брови слегка на переносице сошлись и губы сочные чуть брезгливо поджаты, седина на висках поблескивает, запуталась в темно-каштановых волосах. Не красивый, нет, но я от чего-то пошевелиться не могла и даже моргнуть.

На нем пальто стального цвета, воротник голубой рубашки идеально отутюжен, бордовый галстук контрастирует с темно-серым пиджаком. И я не знаю… не смыслю ничего ни в моде, ни в том насколько стильно он одет.

Я вообще это слово из телевизора выцепила, но я точно знаю, что шикарно, особенно вот та золотая полоска на галстуке. Так шикарно, что я бы побоялась коснуться его пальто своими грязными пальцами. Но тут же захотелось это сделать. Схватиться за него и оставить следы. Пусть корчится от гадливости. Наверное, именно тогда я и влюбилась в него… ужасно влюбилась, намертво.

— Уберите это отсюда. — и отвернулся, собираясь сесть в шикарный серебристый джип.

Это?! Он назвал меня ЭТО.

Злость была столь сильной и ослепительной, что казалось меня живьём подпалили. Слезы на глаза навернулись. Я бы не осмелилась… да, шла за ним, но не осмелилась бы сказать то, что хотела, а сейчас словно черт в меня вселился и я заорала что есть мочи.

— Не Это! А Есения Назарова! Помните такую? На-за-ро-ва!

Темные брови нахмурились еще больше и мощные челюсти сжались. Стало страшно втройне, даже мурашки вдоль позвоночника пробежали и поджались пальцы на ногах. Если в природе и существует жуткий и тяжелый, как камень взгляд, то я впервые его увидела вживую.

Где-то в подкорке мозга прозвучало его голосом «расстрелять» и послышалась автоматная очередь, я даже увидела себя, падающую на землю с красными дырками в груди. Но меня это не остановило…

— А Сергея Назарова и жену его Людмилу помните? Или память у вас такая же недолговечная, как и ваши обещания?!

Охранник ответил мне пинка сзади и дернул за волосы еще сильнее.