Ничья земля. Книга 2

Когда носилки с Али-Бабой вынесли из импровизированного лазарета, она выскочила из самолета и побежала навстречу.

Араб лежал на ношах, прямой и неподвижный, как полено. Заботливые ручки левинских медсестричек накрыли его армейским одеялом поверх одежды, под ним Али-Баба скрестил руки, точно отпетый покойник, и только Сергеев знал, ЧТО он прижимает к груди. Сказать, что от этого знания становилось тошно – было ничего не сказать.

Самолет прогревал мотор. Винт гудел, дрожали от вибраций латаные крылья, из выхлопных труб вылетали сизые, грязные струи.

Пилот проверял рули и элероны, и от этого казалось, что самолет поводит крыльями и хвостом, как готовое взлететь огромное насекомое.

– Ты чего выскочила? – спросил Сергеев Сэм. – Сиди, грейся. В самолете теплее…

Они остановились в нескольких шагах от люка, а погрузкой раненого в самолет занялся Вадим.

– Я не выскочила, – сказала Саманта, и Михаил понял, что она поглядывает на него с опаской, как нашкодившая школьница. – Я не полечу.

– У Левина останешься? – Сергеев уже понял, что она скажет дальше, но не хотел верить в очевидное.

А ведь ее просто так не прогонишь. Не пойдет. Никуда она не пойдет.

– Я пойду с тобой, – выговорила наконец Саманта и вздернула подбородок. – И не смей мне возражать.

– Ты никуда не пойдешь.

– Сможешь мне помешать?

– Сэм, это глупо. Ты пилот, а не диверсант. Ты что, не понимаешь, что пользы от тебя будет ноль? Ладно – опасность. Но что может быть хуже, чем погибнуть зря? У тебя там ни одного шанса не будет. Ни одного. Понимаешь? Я что – подонок, чтобы тебя туда тащить на заклание?

– Я все продумала, – возразила она серьезно.

 – Мой «мотик» со складным каркасом из труб. Разбираем, снимаем ткань, крепим на твой «хувер» каркас, мотор – и у тебя на месте своя воздушная разведка. Мне его собрать – тридцать минут времени.

– Не гони меня, Иван, я тебе пригожусь, – невесело попытался пошутить Умка. – Сэм, ты же не Серый волк, не Конек-Горбунок! Зачем мне там воздушная разведка? Что я разведывать буду? Мне надо скрытно подойти, а не облеты устраивать на малых высотах.

Послушай меня, Саманта. Ты смелая женщина. Ты чудесный друг. Ты прекрасный человек. Я не рисковал бы тобой даже ради своих целей, а уж рисковать тобой бесцельно не стану ни за что. Ты никуда не поедешь. Ты полетишь домой, к своим летунам. И спасешь еще немало жизней. А потом… Потом, когда ты почувствуешь, что пора уходить, ты уйдешь в любое место, куда захочешь – мир велик, поверь, в нем найдется уютное место для тебя.