Венабл покачал головой, словно был опечален, и вернулся к допросу свидетеля:
– Показался ли вам мистер Кронин человеком, который намерен подарить доктору Тэйлор миллион долларов?
Алан Пенн вновь вскочил со своего места.
– Протестую! Обвинение призывает свидетеля высказать свое мнение.
– Протест отклонен, – возвестила судья Янг. – Свидетель может отвечать на вопрос.
Алан Пенн посмотрел на Пейдж Тэйлор и опустился на свой стул.
– Черта с два, – заявил санитар. – Конечно, нет. Да он просто ненавидел ее.
Место для дачи свидетельских показаний занял доктор Артур Кейн.
Гас Венабл приступил к его допросу.
– Доктор Кейн, вы состояли в штате больницы, когда обнаружилось, что Джон Кронин был уби… – он покосился на судью Янг, – умер от инсулина, введенного внутривенно? Это так?
– Да.
– А впоследствии выяснили, что виновата в этом доктор Тэйлор?
– Совершенно верно.
– Доктор Кейн, я хочу показать вам составленное в больнице официальное заключение о смерти, подписанное доктором Тэйлор. – Венабл взял со стола бумагу и передал ее Кейну.
– Будьте добры, прочтите это вслух.
Кейн начал читать:
– «Джон Кронин. Причина смерти: остановка дыхания, вызванная инфарктом миокарда в результате легочной эмболии».
– А если более понятным языком?
– В заключении говорится, что пациент умер от сердечного приступа.
– И это заключение подписано доктором Тэйлор?
– Да.
– Доктор Кейн, это настоящая причина смерти Джона Кронина?
– Нет. Он умер от инъекции инсулина.
– Значит, доктор Тэйлор ввела ему летальную дозу инсулина, а затем подделала заключение о смерти?
– Да.
– И вы сообщили об этом доктору Уоллесу, начальнику больницы, а он, в свою очередь, сообщил властям?
– Да. Я посчитал это своим долгом. – В голосе Кейна зазвенело справедливое негодование. – Я врач. И считаю невозможным ни при каких обстоятельствах отнимать жизнь у другого человека.
Следующей вызвали вдову Джона Кронина Хейзл. Это была женщина лет сорока, с огненно-рыжими волосами и пышной фигурой, которую не удалось скрыть под простеньким черным платьем.
Гас Венабл приступил к допросу.
– Я понимаю, как все это болезненно для вас, миссис Кронин, – начал он, – но я должен попросить вас описать жюри присяжных ваши взаимоотношения с покойным мужем.
Вдова промокнула глаза большим кружевным носовым платком.
– У нас с Джоном был счастливый брак. Он был замечательным человеком. Часто говорил мне, что я принесла ему истинное счастье, которого он никогда не знал раньше.
