Меч — он и есть меч, разве что цвет металла бывает разный.
Леон укоризненно посмотрел на меня:
— Они даже не гномьи! Нет, я не скажу, что плохие. Так, середнячок. У меня-то были полегче раза в два, из особого металла. Для гвардейцев их по спецзаказу изготавливают гномы. Надо же, как мне не повезло. Какое-то роковое стечение обстоятельств, что они сломались. Я уже даже стал думать, что тут магия виновата. — Он огорченно махнул рукой.
Тут Дортмун назвал мое имя. Я удивленно посмотрел на него. Почему-то даже в голову не приходило, что и мне полагается доля.
А доля эта составляет два комплекта доспехов и оружие к ним. Припомнив слова Дортмуна, что на моем счету не менее пятерых жмуриков, а трофеи выдают по количеству убитых, я почувствовал, что меня где-то местами надули, но не стал возмущаться — с этими-то не знаю, что делать.
— Хорошо, что ты подошел, Леон, — обратился я к гвардейцу, — помоги выбрать. Честно говоря, я не очень разбираюсь в оружии.
Он только покачал головой, и мы вместе стали смотреть.
Леон выбирал недолго — еще в первый раз он все, что надо, увидел и оценил. Поэтому быстренько оттащил в сторону пару кольчуг, два меча, маленький щит, что-то еще. Мой взгляд выцепил в куче нечто выделяющееся среди однотипного вооружения. Это была сбруя с аккуратно прикрепленной к ней чертовой дюжиной метательных ножей. Узкие ножи, небольшие по размеру, чуть длиннее ладони. Не знаю, зачем кому-то из нападавших понадобилось их брать с собой, — они совсем не подходят для использования в бою на открытой местности.
Скорее, это оружие наемных убийц. Наверное, среди нападавших затесался такой умелец. Я поднял сбрую и вытащил один нож, взвесил в руке. Лезвие острое, металл непонятный какой-то, темный. Оппа! А это что еще такое? Ни фига себе! Центр тяжести — плавающий! Неужели внутри залита ртуть? Да нет, вряд ли. Хотя кто их тут знает… Немного поиграв ножом, понял, что это идеальное метательное оружие на близком расстоянии для кистевого броска в не защищенного доспехами противника.
Слава богу, кисти рук у меня натренировались за последнее время очень хорошо. Судя по менталитету местных, такие ножи должны быть отравлены для пущего эффекта, но эти, похоже, все-таки чистые.
— Зачем тебе эти зубочистки? — вдруг раздался над ухом голос Леона. От неожиданности я дернулся и выпустил нож из руки. Сделав один оборот, он, словно притянутый магнитом за лезвие, резко ушел вниз и воткнулся рядом с носком сапога Леона.
