Ник. Цикл (СИ)

Ей вдруг показалось, что та, что лежит в этом месте, ожила и смотрит на нее с улыбкой на устах. Несомненно, здесь похоронена эта девушка, иначе зачем помещать на надгробие портрет. Однако Эль не могла припомнить, чтобы гномы, да и вообще кто бы то ни был, рисовали портреты на могилах. Нет, с помощью магии, конечно, можно добиться, чтобы картина не портилась на открытом воздухе. Однако сама идея достаточно странная. Но поражал не только сам факт картины на могиле, но и качество работы, выполненной явно не краской.

Тем более на таком материале – Эль с первого взгляда узнала походный гномий щит, намертво вделанный в каменное основание. Изображенная девушка была словно живая.

Эль присела рядом со щитом и аккуратно провела по нему пальцами. Чистая структура металла, не покрытая никакими красками и лаками. Вот только цвет металла различается в разных местах, создавая такой неповторимый рисунок.

Эльфийка еще долго стояла у надгробия, пока наступающая ночь не скрыла его. В душе у нее проносились разные чувства, но все их затмевала грусть.

Вернулась в таверну она нескоро, уже в потемках. Во дворе стоял встревоженный брат, впрочем, он быстро успокоился, но не преминул побурчать:

– Я, конечно, понимаю, ты уже не маленькая, а полноценный рейнджер. Но предупредить-то могла, что уходишь? Дороги тут небезопасные, а одна ты против толпы, если что-то случится, ничего не сделаешь.

– Ладно, – буркнула девушка. Ей совсем не хотелось разговаривать, однако кое-что в сказанном Торвином ее заинтересовало.

 – С чего ты взял, что тут опасно? Мы ведь ничего такого не встретили по дороге?

– Да кто в здравом уме нападет на группу эльфов? А вот на одинокую девушку – вполне. А насчет опасности – хозяин таверны, кстати, его зовут Дрихтмун, рассказал, что недавно был налет на проходящий караван в нескольких днях пути отсюда. Так что лучше быть настороже.

Эта информация Эль не заинтересовала, не то было настроение. Пожелав брату спокойного отдыха, она ушла к себе в комнату. И еще долго ворочалась в постели, все никак не могла отключиться от образа девушки, изображенной на надгробии.

В конце концов, решив обязательно завтра узнать о мастере, сотворившем такое, Эль провалилась в сон.

Утром следующего дня, лениво ковыряясь в предложенном завтраке, Эль стала рассматривать гномов в таверне, ища, кого бы порасспросить. С хозяином говорить не хотелось, какой-то он непонятный гном. Его она решила оставить напоследок, если не сумеет разговорить других.