Никогда не отступай

На душе у бывшего консула заметно полегчало — все это время его мучила мысль о том, что самоубийственная атака Винсента могла оказаться бесполезной.

Марк вырвался из потока пехоты на несколько сотен ярдов вперед, и вдруг его внимание привлекли раздававшиеся неподалеку крики и ругань. Преодолев невысокий, заросший кустами холм, он оказался на узкой дороге. Один из его солдат, завидев фигуру всадника, торопливо вскинул к плечу карабин, но тут же почтительно опустил его дулом вниз.

— Прошу прощения, сэр, мы только что имели стычку с отрядом этих тварей.

 — Говоривший повернул голову, и Марк увидел несколько десятков мертвых бантагов и людей, лежавших у обочины.

Солдат махнул рукой вперед, и римлянин, пришпорив коня, галопом поскакал в указанном направлении, объехав встретившуюся ему на пути роту саперных войск. Солдаты бегом мчались вперед, волоча с собой грубо обтесанные доски. Посредине дороги катилась повозка, доверху груженная древесиной. Миновав ее, Марк вскоре добрался до того места, где узкая лесная тропа круто спускалась к заболоченной реке.

Его пехотинцы, в заляпанных илом мундирах, уже успели захватить бантагские укрепления на том берегу.

Плотно сбитый лысый офицер, командовавший саперным полком, стоял у самой реки и, не выпуская изо рта сигары, осыпал отборнейшими английскими ругательствами своих людей, которые, находясь по горло в коричневой болотной воде, возились с понтонным судном в середине потока. Их товарищи тянули на берег якорные тросы, которые должны были удерживать понтон на месте.

Не дожидаясь окончания работ, тридцать других саперов бросились в реку, таща на плечах тяжеленный дубовый брус. Вскоре передний конец продольной балки был уложен на планшир понтона, и прочный железный штырь, вбитый в заранее просверленное отверстие, намертво соединил обе части конструкции. Саперы, оставшиеся на берегу, схватились за стальные тросы, прикрепленные к заднему концу бруса, и, добежав до опушки, быстро примотали их к стволу ближайшего дерева.

Марк спешился и подошел к лысому офицеру, который, оборвав поток ругательств, вскинул руку к виску, приветствуя римлянина.

— Этот ручей шире, чем мне докладывали, — заявил он на ужасающе плохом русском.

— Сколько времени вам понадобится?

— Эй, вы, тупоголовые сукины дети, подтяните трос! Что варежки разинули, я к вам обращаюсь! — вдруг взревел офицер — Еще полчаса, сэр, мы справимся за полчаса, — произнес он, вновь повернувшись к Марку. — Будьте начеку, в лесах на том берегу осталось немало бантагов.