Никогда не отступай

Добежав до упавшего в высокую траву парашюта, знаменосец воткнул флаг в землю, однополчане подхватили ящик и потащили его обратно к укреплениям. Подоспевшие бантаги набросились на полковое знамя, как быки на красную тряпку, и знаменосец упал, пронзенный десятком пуль. Вдоль всей линии укреплений пронесся горестный стон, и солдаты 3-го Суздальского, развернувшись, атаковали противника, стремясь отбить драгоценный штандарт.

Шнайд, подбадривая своих парней, бежал вслед за ними. Эндрю почувствовал, что его тоже затягивает в горнило боя.

Вытащив револьвер, он устремился к месту стычки. Один из бантагов торжествующе вскинул захваченное знамя, но в то же мгновение какой-то сержант запрыгнул солдату орды на спину, схватил его за волосы и одним движением ножа перерезал врагу горло.

Теперь уже бантаги в свою очередь взорвались криками ярости и, горя желанием отомстить за героя, сотнями поперли вверх по склону. Сержанта, крепко сжимавшего в руках отбитое у врага знамя, настигла снайперская пуля, прежде чем он успел сделать пару шагов.

Эндрю видел, что битва за знамя скоро перерастет в сражение: из соображений полковой и корпусной чести его люди вот-вот ввяжутся в кровопролитный рукопашной бой, в котором у их восьми- и девятифутовых противников будет явное преимущество.

— Труби сигнал к отступлению, черт возьми! — прокричал он горнисту. — Отступаем!

Горнист немедленно выполнил приказ, но солдаты из 3-го Суздальского и братских ему полков распалились уже до такой степени, что в массовом порядке покидали позиции и вступали в схватку с авангардом бантагов.

В дело вступила вражеская артиллерия, которая, не разбирая где свой, где чужой, обрушила на обе сражающиеся стороны настоящий шквал снарядов.

Юный барабанщик отбросил подальше горн и, низко пригнувшись, начал пробираться между сражающимися солдатами. Добравшись до тела сержанта, лежавшего на полковом штандарте, юноша вытащил нож и перерезал узлы, соединявшие флаг с древком. Схватив боевое знамя, барабанщик выбрался из гущи боя и побежал наверх к укреплениям.

Бантагская пуля, угодившая в ногу, лишь ненамного замедлила его бег. Прихрамывая, он взобрался на бруствер и торжествующе взмахнул знаменем над головой. Солдаты Шнайда встретили этот подвиг радостным ревом и тут же отступили на свои позиции.

Пэт, остававшийся все это время на батарее, уже давно навел на бантагов орудия и, как только последняя группа солдат выбралась из схватки на нижней части склона, произвел залп картечью.