Никогда не верь пирату

Но тут в жизнь Кейда вторглась Даньелл и перевернула все. Ему бы стоило предположить, что Грим тоже примется за Батиста. Кейду и в голову не могло прийти, что Грим внедрит прекрасную шпионку-француженку в дом его брата, чтобы следить за ним. Сейчас он даже рассмеялся бы, если бы сломанные ребра не болели так сильно. Нужно отдать должное Гримальди: Кейд ни в чем не заподозрил Даньелл. И несмотря на ее роль, он по-прежнему хотел ее так сильно, что это его пугало.

Где Даньелл сейчас? Французы отпустили Дэнни и Шона.

Те поспешили на «Элинор» и сообщили Гримальди и Даньелл (или Кроссу) о том, что случилось.

Возможно, сейчас решается его судьба. Неизвестно, выручат ли его из тюрьмы или оставят гнить здесь.

Он не заслуживал их помощи. Особенно помощи Даньелл. Она была не похожа на других женщин, которых он знал. Прекрасная, страстная, добрая и заботливая. И к тому же шпионка, пусть и английская. Не французская. Он в жизни не встречал женщину, способную так его одурачить. А в постели она – огонь.

Он хотел ее снова. И будет продолжать хотеть. Вечно. Она как драгоценный брильянт. Он никогда ее не забудет.

Кейд снова поморщился. Да, черт возьми, ребро все-таки сломано.

Даньелл осталась в каюте, чтобы объяснить план спасения Кейда Дэнни и Шону, которые были потрясены, узнав, что юнга Кросс на самом деле женщина. Тем временем Гримальди и Рейф поднялись на ют, где генерал принялся избивать беднягу виконта, не щадя сил. Увидев его позже, Даньелл невольно поежилась.

Какое счастье, что леди Дафны здесь нет! Что бы сказала она, узрев мужа в крови и синяках?! Должно быть, Рейф действительно любит брата, если согласился на такое.

После того, как неприятное дельце было закончено, Даньелл, Рейф и Гримальди переоделись во все черное и вместе с небольшой группой помощников, следовавших за ними, бесшумно зашагали по испанской пристани, стараясь прятаться в темноте. Они крались к «Французской тайне».

– Каждый за себя, – прошептал Гримальди.

 – Подождите, пока вахтенный отвернется. У вас около тридцати секунд, чтобы пробраться на судно, прежде чем он снова повернется.

Вахтенный стоял на баке с пистолетом в руке и шпагой на поясе.

Первым на судно пробрался Гримальди, потом Рейф. Оба точно просчитали временной интервал, в который можно было проникнуть на «Французскую тайну». Настала очередь Даньелл. Она держалась в тени. Дыхание громом отдавалось в ушах, сердце бешено колотилось.