Никогда с тобой

Он выпил, у него перед глазами охуенная девчонка, перспектива глубокого минета и многочасового секс-марафона. Да и будь на месте Аси любая другая девчонка – мы бы только порадовались за парней. Но с ними не любая. Там Ася. Та самая, мать его. Что бы там Ким ни сказал по телефону, я уверен, что он оценит наш вклад в ее спасение.

— Пошли давай, — тащу Само.

Нехотя, но он все-таки отрывается от спутницы и идет за мной.

— И какой план? — спрашивает по пути.

— Забрать ее. Если понадобится – дать пизды ребятам.

— А кто они, ты узнал?

— В смысле “кто они”? — останавливаюсь.

— Если ты не заметил, на вечеринке дохера взрослых мужиков, и те ребята с Асей явно не нашего возраста. Кто они, ты в курсе? Не хочется нарваться на каких-нибудь важных шишек.

— Серьезно?! Про шишки будем сейчас разговаривать? Да не пофиг ли? Она явно не хочет.

Мои убеждения, кажется, доходят до Само, потому что он кивает и идет уже более уверенно.

Второй раз за день использую этот зов в отношении одних и тех же людей. Впрочем, думать о словарном запасе нам некогда.

— Снова ты? — спрашивает один из ребят. — Мы же сказали, чтобы свалил.

— Эта девчонка моя знакомая, — киваю на едва подающую признаки жизни Асю. — Я ее забираю.

— Уважаемые, — не дает им ответить Само. — Простите за недоразумение, но девчонка и правда очень хорошая, а вы…

— Идите на хуй, сосунки, — встревает второй парень.

Он значительно старше первого и смотрит на нас так, словно мы ему важнейший в жизни момент испоганили. Частично так оно и есть, но пройти мимо мы не могли.

— Давайте порешаем без проблем, — пытается договориться Само.

— Ась… — пытаюсь докричаться до нее, чтобы отреагировала. — Ты меня слышишь? Скажи им, что ты с нами.

Разговор перерастает в конфликт. Ближе к Асе мужики нас не подпускают. У меня давно кулаки чешутся. Страх как хочется кому-то дать по ебалу, и тот урод, который нас сосунками обозвал – отличный кандидат. Я надвигаюсь на него, пока не слышу жалобное:

Оборачиваюсь. А вот и, мать его, принц.

Не прошло и года, как он явился. Хорошо, Ася на него среагировала. Я стопорюсь, хотя внутри все кипит от желания причесать прилизанного посильнее. Въехать по его наглой самодовольной роже. Само меня тормозит и бубнит что-то “может, порешаем”. Может, и да.

Его, к нашему с Само удивлению, мужики пропускают, хотя смотрят настороженно.

— Миша, — она улыбается и тянет к нему руки.

— Видите? — говорит Само. — Девчонка с нами, вы уж простите за… недоразумение.