Никогда с тобой

Набрать ее номер мне не позволяет чужая ладонь, которая нагло выхватывает телефон прямо у меня из рук. Я не успеваю даже головы поднять, как меня заталкивают в дверь слева.

— А ты сообразительная, — голос Тана после сегодняшней моральной экзекуции в машине я узнаю даже если буду лежать в коме.

Этот разъяренный предупреждающий бас пробирает до костей, особенно в сочетании с кромешной темнотой, в которой мы оказались. Здесь даже маленького окошка нет и пространство небольшое. Я упираюсь спиной о что-то металлическое, а Тан стоит у самой двери, но получается, что мы совсем близко.

Решаю, что лучшая защита — нападение.

— Снимай тряпье, — звучит неожиданный приказ.

Я дар речи теряю, стоит мне услышать, что именно он просит. Видимо, приняв мое молчание за согласие, Тан разводит полы пиджака в стороны и резко сдергивает его с плеч. Металлические пуговки со звоном сваливаются на пол, а я остаюсь в одной рубашке и решительно отталкиваю парня напротив. От неожиданности он ударяется спиной о дверь, а затем, прорычав что-то нечленораздельное, надвигается на меня.

— Не смей! — говорю, закрывая пуговицы на рубашке руками. — Не трогай меня! Я буду кричать! Громко!

Я действительно готова это сделать. Биться до последнего, но не позволить ему снять с меня одежду. Что это вообще за больная фантазия? Я ему что, кукла?

— Идиотка, — констатирует он и, швырнув пиджак мне в лицо, выходит.

Просто покидает комнату, оглушающе хлопнув дверью. Мне требуется время, чтобы прийти в себя.

Свой телефон я обнаруживаю в кармане пиджака. Когда Тан успел его туда засунуть — понятия не имею, но радуюсь, что он там, иначе бы сидела в этой части университета еще очень долго.

— Ты где? — шепчет в трубку Стефа. — Пара уже началась.

— Я… я в… где-то, — тяжело выдыхаю. — Здесь очень тихо и никого нет.

— Найди хотя бы одну надпись на двери и скажи мне.

Поборов страх выйти наружу, все-таки открываю дверь и просачиваюсь в коридор.

— На дверях табличек нет.

— Ясно. Жди. Я сейчас тебя найду.

Стефания приходит за мной минут через десять. Скептически осматривает меня с головы до ног, тормозит на пиджаке в моих руках и требует:

Я и сама собиралась. Как раз девчонок нет и, судя по тому, что Стефа забрала рюкзак с собой, на пару она возвращаться не планирует.

— Это плохо. Это очень-очень плохо, — комментирует Стефа, мотая головой.