Никогда с тобой

Конечно, я не думал, что мой выпад в сторону отца останется безнаказанным. Долго скрываться за закрытой дверью все равно бы не вышло, поэтому его появлению в комнате не удивляюсь. Из эффекта неожиданности только его наряд — строгий черный костюм, светло-голубая рубашка и галстук. Явно куда-то собрался.

Я усмехаюсь. Даже в преддверии хорошего отрыва не забыл обо мне. Пришел, чтобы попытаться поставить на место.

Его срывает сразу, как он замечает мою кривую и равнодушную ухмылку. Ничего так не раздражает людей, как положенный на них хер.

Эмоциональная отдача всегда позволяет оценить, насколько ранен противник, насколько у тебя получилось сделать ему больно, насколько удалось залезть в душу. Когда встречает равнодушие, пропадает былая уверенность в себе, а у отца с этим и так беда.

Отец подхватывает меня за грудки и впечатывает в стену. Не противлюсь и он раздражается сильнее.

— Ты кем себя возомнил, щенок?

— Я научу тебя с отцом правильно разговаривать, — угрожает.

Ни на что больше не решается, что после последнего его срыва даже удивительно.

— Не боишься ответа? — плюю ему в лицо. — Ты же заметил, что я вырос?

— Не посмеешь! — рявкает вроде бы уверенно, но я слишком хорошо его знаю, чтобы не разглядеть за уверенностью бегающий взгляд. Да и кадык у него дергается не просто так — сглатывает, приняв мои слова серьезно.

— Рискни — проверим.

Чтобы подтвердить свои слова, напрягаю мышцы на плечах и отталкиваюсь от стены. Отец по прежнему давит, только вот впечатать меня в бетон больше не выходит.

Физически я давно сильнее него и он это понимает. Возможно, до сегодняшнего дня не осознавал, потому что в прошлый раз я позволил ему себя ударить.

— Так что? — давлю, а сам давно сжатые руки в кулак держу.

До драки у нас не доходило, но в этот раз я слишком разъярен, чтобы сдержаться. Отец пасует. Отпускает меня, отряхивая руки. Смотрит, без преувеличения, как на кусок дерьма, что прилип к его ботинку. Это взаимно, папочка. Подозреваю, что мой взгляд то же самое зеркалит. Мы ненавидим друг друга обоюдно.

Он меня за то, что не соответствую. Никогда не соответствовал. Не дотягивался до выставленных им вершин, огрызался и вел разгульную жизнь. Я — не тот сын, о котором он мечтал. Я его ненавижу априори. После аварии всем нутром против него пойти готов. Во что бы то ни стало.

Оставляет последнее слово за собой и покидает мою комнату. И пяти минут не проходит, как на телефон приходит смс-сообщение о блокировке моей карты.

Я смеюсь в голос от неожиданности.