Никогда тебя не отпущу (СИ)

— Зачем же ты из больницы вышел?! — причитаю.

— Виктория Андреевна, позвольте, помогу, — охранник склоняется над Каримом и пробует остановить кровотечение. Его напарник уже звонит в скорую.

— Виктория я так тебя люблю, — шепчет заплетающимся языком.

А я не знаю, что ответить. Правильнее всего было бы — забудь меня. Я приношу тебе только неприятности. Но сейчас явно не время для подобного разговора.

К счастью скорая приезжает быстро. Извиняюсь перед Каримом, что не могу поехать с ним.

Дети превыше всего. А сейчас я не могу их оставить.

Я все еще не понимаю, от кого исходит основная угроза.

Денис знает, но он не сказал. Значит, и рассчитывать, на его защиту бессмысленно.

Неужели теперь он враг?

Эта мысль отравляет. Не хочу верить. Не могу смириться. Но факты вещь упрямая. А они указывают именно на это.

Глава 39

Следующие два дня проходят спокойно. Если можно назвать состояние, когда сидишь как на вулкане, ожидая со всех концов извержения.

Карим снова в больнице. Ему ожидаемо стало хуже. А я… не хочу к нему ехать.

Переписываюсь с ним, желаю скорейшего выздоровления, игнорирую его признания и теплые слова.

После всего происходящего, меня полностью от него отвернуло. Не в Кариме дело. Он ничего плохо не совершил. Просто во мне окончательно что-то разбилось и восстановлению и починке не подлежит.

Отец тоже мне звонит. Рассказывает, что жизни Галины ничего не угрожает. Просит быть осторожной и не выходить из дома. Также снова предлагает уехать. И обещает заехать ко мне на днях.

Его видеть тоже не желаю. Беда нас не объединила. Доверия к нему нет. Хоть есть сомнения, что все же не он главное зло. Но от этого не легче, слишком отец постарался отравить мне жизнь, чтобы я так просто все забыла.

Конечно, провести время с детьми — это хорошо. Но я не могу вечно сидеть взаперти. Мысли атакуют. И Денис все из головы не выходит. Неужели он встал на сторону врагов? Что вообще в его голове? Чем он думает? Что с ним происходило эти четыре года?

На третий день мне звонят из больницы.

Сообщают, что Ярослав пришел в себя, и хочет меня видеть.

Детей оставить одних не решаюсь, потому вижу единственный выход — звоню брату. Костя соглашается, правда он не в восторге от моей идеи. На удивление, он солидарен с моим отцом. Пока я не покидаю дом, твердит мне не переставая, что тут оставаться опасно.

В больницу доезжаю быстро. Охрана на месте. Ярослава перевели в другую палату. Он выглядит заметно лучше. Уже не такой бледный, даже улыбается мне.