Николай I. Освободитель. Книга 4 (СИ)

— I was once like you are now,

And I know, that it’s not easy,

To be calm when you find,

Something going on. — Кавалергарды на ряду с конным и кирасирским — этот после событий неудачного заговора 1814 года был лишен гвардейских привилегий и фактически собран с нуля уже как армейский — полками русской гвардии относились к тяжелой коннице и традиционно носили металлические кирасы. Причем если у конногвардейцев кирасы были чернеными, выкрашенными темной краской, но у кавалергардов они были блестящими полированными, что вызывало определенные бытовые трудности.

Я вообще хотел в обозримом будущем избавиться от чрезмерного украшательства строевой формы, сделав разбивку на парадную, повседневную-строевую и полевую, что дало бы изрядную экономию особенно в гвардейских полках, однако тут нужно было быть осторожным чтобы с водой не выплеснуть ребенка. Все же каждый элемент формы что-то означал и порой был наградой, пожалованной за прошлые подвиги. В конце концов, кто я такой, чтобы отбирать награды?

— Take your time, think a lot,

Think of everything you got,

You will still be here tomorrow,

But your dreams may not.

 — Так вот насчет кирас. У кавалергардов они были стальные полированные. Отдельно нужно осветить способ их производства: для начала брался кусок железного листа, вырезанный по шаблону, укладывался на выпуклую форму, а потом долго и нудно выстукивался молотком, пока не вытянется в нужную форму. А потом все это дело заполировывалось сверху до необходимой гладкости. Естественно цена кирас была запредельной, а качество — весьма гадательным. При этом железо панцирей имело свойство ржаветь и требовало регулярной полировки, отчего некоторые кирасы натурально протирались до дыр. Более того подобные кирасы — в отличии от пострадавших во время боевых действий: прорубленных там или простреленных — подлежали замене не за счет казны, а за счет полковых денег. На взгляд человека из будущего звучит как бред, но таковы были реалии этого мира.

— Что вы тут? Музицируете? — В комнату зашла Александра, одетая по случаю в нечто напоминающее мундир полка-именинника. Белый цвет основного сукна, с алыми выпушками и золотым основным приборным цветом. Оказалось, что подобным — мундирными платьями в цветах того или иного полка — развлекалась еще доброй памяти бабушка Екатерина, большая была затейница, поэтому подобному заказу никто и не удивился.