А мне все кажется, что это сон. Понимаете? Та Ева, которую я знаю, никак не вяжется с этой картинкой. Зачем человеку, который всю жизнь стремился стать незаметным, по доброй воле выставлять себя напоказ? Под перекрестный огонь хейтеров и фолловеров?
Моя компания занимает большую нишу в сфере интернет-коммуникаций, я знаю, как это работает… То, чем она занимается, требует множества сил. Я изо всех сил стараюсь, но не могу представить, зачем ей это нужно. Я не знаю менее амбициозного и зажатого человека, чем Ева… У меня миллионы вопросов.
Образ, который сложился в моей голове, рушится и идет трещинами. И совершенно невольно возникает вопрос.
А что, если я совершенно ее не знаю?
Отбрасываю от себя планшет и вскакиваю со своего места.
— Я могу идти? — интересуется Юра.
— Да. Только скинь мне ссылки на её профиль…
Снова подхожу к окну. Растираю виски, но сковывающая череп боль лишь усиливается. Все, что я для себя когда-то решил, все, во что заставил себя поверить, стало бессмысленным. Особенно мои обвинения в том, что Ева была с отцом исключительно ради выгоды.
Тут… другое, стоит признать… Неужели любила? Зарываюсь руками в волосы и пячусь к двери. Поверить в это — все равно, что наступить на горло собственной песне. Поверить в это — значит признать, что пока я без нее подыхал, она сама была вполне себе счастлива. Поверить в это — означает, что быть со мной её уже ничто и никогда не заставит. А в таком случае, зачем это все? Озираюсь по сторонам. Бреду к выходу, не разбирая дороги.
В себя прихожу только на выезде из города.
Куда еду, понимаю лишь спустя еще пару минут. Меня магнитом манит в их с отцом дом. В голове роятся сотни мыслей.
Дом встречает меня темными окнами. Я стучу, звоню, но никто не открывает. Я пытаюсь убедить себя, что это все к лучшему, когда калитка за спиной хлопает.
— Кит? — звучит неуверенный голос.
— Женя? Привет.
— Какими судьбами? — совсем по-взрослому интересуется тот и протягивает мне руку.
— Да вот… Решил в гости заехать, — развожу руками, не зная что бы соврать такого правдоподобного.
— В гости? Сюда? Так мы здесь не живем больше.
— Что? Как это — не живете?
Женька пожимает плечами, достает ключи и, открывая дверь, поясняет:
— Здесь все напоминает об отце, и мама решила, что нам будет лучше поближе к центру.
Сглатываю. Боль в висках усиливается. Женька щелкает выключателем, я опять залипаю на его лице. Интересно, я когда-нибудь привыкну к тому, что мы с ним так похожи?
— Понятно, — качаю головой.
