Никому о нас не говори (СИ)

— Совершенно случайно?

— Меня пригласили, — произношу, но как-то неуверенно. Свои же слова мне кажутся враньём, отчего щёки наливаются жаром."

"Склонив полулысую голову, Тимур нагло проходится по мне изучающим взглядом.

— А я смотрю: что-то знакомое белокурое промелькнуло, — начинает осмотр с ног. — Ты, не ты… — задерживается где-то в районе моей груди, — а оказалось, что ты, — и резко поднимает взгляд, направляя его на моё лицо. Холодный, издевательский прищур парализует. — Так как ты здесь оказалась?

— Вышла на воздух.

В доме запах неприятный, — говорю первое, что приходит в голову.

— Это шмаль, — хмыкает Горин, а я чуть не давлюсь воздухом от такого откровенного заявления. — Не куришь?

Уверенно мотаю головой из стороны в сторону. Я и обычные-то сигареты в руках не держала, не говоря уже о чём-то запрещённом.

— Пьёшь? — взгляд Тимура падает на бутылку с коктейлем у моих ног.

— Я не пью, — тут же «оправдываюсь». Ощущаю себя первоклашкой на допросе под внимательным взглядом зелёно-карих глаз.

У меня ватные ноги и холодеют кончики пальцев.

Я опять разговариваю с Гориным. Я уже сама себя начинаю ощущать его сталкером. За последние несколько дней мы пересекались с ним чаще, чем за весь учебный год. Но я ведь даже не специально!

Снова хмыкнув, Тимур расправляет плечи и делает полшага навстречу ко мне. Сокращает между нами и без того небольшое расстояние.

— Тогда повторяю вопрос. Что ты здесь делаешь? — хрипло спрашивает он, чуть склонившись к моему лицу.

И теперь моего обоняния касается не только запах парфюма Тимура, но и лёгкое алкогольное амбре.

Горин если не пьян, то выпивал точно. Его близость ко мне неуютная, мне не по себе и в солнечном сплетении будто бы колючий ком зреет, но и отвести взгляд от его глаз, смотрящих на меня сейчас в упор, не получается. Как и найти в своей голове нормальный ответ на его вопрос. Ведь в данный момент я просто ловлю себя на мысли, что в этом вечернем сумраке радужки Тимура кажутся почти чёрными…

Мы так и стоим какие-то мгновения, зацепившись взглядами, пока позади меня не раздаются омерзительные звуки.

И тогда ответ на вопрос Горина приходит сам собой. Ответ беспощадно тупой:

— Я сейчас стою и слушаю, как кого-то тошнит…

Несколько секунд лицо Тимура остается непроницаемым, пока он не переводит свой взгляд мне за спину. Морщится, а потом снова возвращает его ко мне.

— Согласен. Не романтично. Идём.

Моя ладонь вдруг оказывается в горячих и крепких тисках.