Ригер, по моему приглашению присутствующий здесь же, терпеливо наблюдал, как я грею вино. На крышку я положила свернутое в несколько слоев полотенце, смоченное холодной водой. Объяснять я ничего не стала.
— Сам все увидишь! Я заметила эту штуку, еще когда жила в замке. И подумала о том, что чем крепче вино — тем дольше хранится. А это будет очень крепким!
Тряпку я, периодически, окунала в миску с холодной водой. На глазок вина в горшке было литра два-два с половиной. Я сливала капли с крышки и снова закрывала.
Попробовала чайной ложкой что выходит. Ну, градусов шестьдесят, я думаю, есть. Наполнив испарениями небольшой стаканчик, грамм на сто пятьдесят, я подала его Ригеру.
— Глотни, только очень аккуратно. Оно крепкое.
Со словами:
— Ты просто не представляешь, какой крепости пиво варят на границе! — этот балбес залпом глотнул всё, что было!
Как там говорится-то? «Э-ди-вот!»
Глава 31
— Носом, носом дыши! Ригер! Закрой рот и дыши только носом!
— Воды — сипел Ригер и хватался за горло.
— Да нельзя воды! Дыши носом!"
"Я пихала ему под нос кусок хлеба, который схватила со стола. Такой способ употребления самогона я видела в деревне, у бабушки. Там мужики сразу никогда не закусывали, а сглотнув стопку — занюхивали кусочком черного хлеба. В городе я такого не видела, вот и запомнила. Черного не было, только свежая и душистая лепешка, вот ее я и пихала ему под нос, пока он, с побагровевшим лицом, пытался дышать…
Через некоторое время он очухался и дыхание нормализовалось.
— Что это было?
— Не волнуйся, это не отрава, а просто… суть вина. Скоро ты будешь пьяный… — слова «концентрат» на местном я не знала.
— Совсем? — глупо спросил он.
— Совсем, Ригер. Сейчас, вот в этом бокальчике, было все вино, точнее — вся крепость вина, которое я вылила в горшок. И ты его выпил залпом. Так что ты опьянеешь быстро. Советую тебе идти лечь спать. Надеюсь, завтра с утра у тебя будет похмелье, и ты сообразишь, что когда говорят — «осторожнее, сделай глоток», то нужно слушаться.
Глаза у него слезились, а сейчас их заволакивало масляной пленкой опьянения. Я крикнула Грину и попросила ее уложить Ригера.
— Он выпил слишком много вина, Грина, и ему нехорошо сейчас.
— Пойдемте, господин, пойдемте… Я вам попить принесу, поспите, и все пройдет…
Она поддерживала Ригера под мышкой, позволяя ему опираться на ее плечо и аккуратно подталкивала тело к двери.
Вечер я провела в одиночестве.
