Если родители оригиналы и решили, что дочь должна изучить, например, ткачество и открыть мастерскую дома. Такие случаи могут быть, если невеста хорошего рода, но некрасива или бедна.
— Ага, понятно. Только вот в ткачестве я почти полный профан…
— Видишь ли, в тебе заранее мог быть заинтересован какой-нибудь жених. И, чтобы повысить твою ценность в его глазах, тебя отправили на учебу к родне, которая согласилась тебя содержать и учить…
— Практически — в прислуги?!
— В общем — да. Так иногда делают… Конечно, обычно не посылают так далеко.
Но, допустим, в твоем случае, другой родни, согласной тебя учить, просто не было. Как тебе такая история?
— Вполне нормально. Но чему меня могли научить так, чтобы я не попалась, отвечая на вопросы твоей родни?
— Ведение большого дома и кухня. Если твой жених, допустим, служит домоправителем у высокородного, то иметь жену, ведущую кухню, ему очень выгодно!
— Ну что ж, пусть будет так. Приглашай родню.
— Через пять дней — будет нормально? Завтра я получу ответ архивариуса, мы посмотрим, кто у тебя жив их родных и уже исходя из этого будем корректировать твою историю.
Сама понимаешь, лучше никому не знать, что с тобой случилось на самом деле. Одно дело быть в Крассе у дальней родни в гостях, другое — в том же Крассе в рабстве. Даже от родни такую информацию лучше скрыть…
— Тут решать тебе, Ригер. Я слишком мало знакома с условностями…
В обед на следующий день Ригер вернулся из архива и постучал ко мне в комнату.
— Калина, у меня есть новости, и они не самые радостные. У тебя жив отец, хотя и болен. Сведения получены из твоего родового поместья два месяца назад. Точнее — родового дома, земли все проданы. Отец подал прошение о передаче титула и штарта побочной ветви твоего дома. На титул и штарт претендует твой бывший жених, высокородный Гомиро тер Ванг.
Я растерялась…
— Что это значит лично для меня?
— Что ты должна срочно, бросив все дела, ехать домой и разбираться.
— Но я знать не знаю этого Гомиро! А если меня отдадут за него замуж?!
— Если ты не поедешь — ты утратишь право на высокородство.
Я не слишком представляю, как это повлияет на твою судьбу. Я, безусловно, не брошу тебя, но… Все будут думать, что ты — моя любовница. И отношение в обществе к тебе будет соответственное. Очевидно, твой отец уже похоронил тебя… И сейчас, раз уж ты жива и его единственная наследница, возможно, удастся как-то с ним договориться.
