И выбора у меня один фиг не было! Рану промыла, сперва просто водой, смыла сукровицу и гнойные выделения. Потом еще раз промыла остывшим чаем. У меня нет спирта, водки, йода… Я не знаю целебных растений местных. Они даже не все похожи на земные. Скорее, только некоторые похожи. Но чайная трава давала терпкий настой. Думаю, там есть танин. Ну, такой, как в нашем чае. Он, вроде бы, противовоспалительный? В любом варианте, ничего лучше я не придумала. А если не зашить рану, то инфекция его угробит.
Слишком тонкий слой отделял это ранение от проникающего. А уж вылечить человека с дыркой в животе я точно не смогу!
Когда этот пришел в себя, я ему объяснила все, что смогла.
— Я дам тебе ветку в зубы. И свяжу руки. Иначе я шить не буду — не хочу, чтобы ты меня ударил от боли. Ты меня понял?
Он молча протянул мне руки. Руки я связала его же ремнем. Кожаный шнурок он мог и порвать. В зубы дала кусок ветки, ободрав заранее кору.
Я даже не помню, в каком ужастике или детективе я это видела, но я знала, что медицинский шов не делают цельным.
Ну, человека сшивают не как ткань, а каждый стежок завязывают отдельно. Есть какие-то специальные медицинские узлы. Ну, уж тут — что умею, то и сделаю…"
"Я совершенно успокоилась — выбора нет все равно. Что будет, то и будет.
Первый стежок получился далеко от края раны. Пришлось делать перед ним еще один. Я прокалывала кожу иглой так, как будто шила курицу. Никаких эмоций, даже страха не было… И вот это то и было самым удивительным.
Не тряслись руки, не закипали слезы… Я вообще как кино смотрела.
А мужику приходилось не слишком сладко. Он стонал и крошил палку крепкими зубами. По лбу сбегали крупные капли пота, хотя температура воздуха была очень комфортной, а потом просто потерял сознание. Ну, ему же лучше.
Всего получилось двадцать четыре стежка. Я знала, что в раны кладут дренаж. Поэтому середину не зашила, оставила сантиметра четыре, и засунула туда клочок кипяченого шелка, так, чтобы край торчал.
Приложила чистую, кипяченую ткань, смоченную чаем, прибинтовала.
Вытерла ему пот с лица. Он пришел в себя. Развязала руки и напоила.
И оставила его лежать на солнышке. Пусть полежит голышом. Солнце здесь не такое уж и сильное, авось не обгорит.
Сама я, перекусив, пошла стирать его тряпки. Точнее, просто кинула их в море и придавила камнем. К завтрашнему утру будет щелочной раствор, тогда и постираю.
