Никто кроме тебя. Искушение

Другой вопрос – хочу ли я сама становиться матерью? Безусловно, но когда-нибудь потом. Лет через пять. Или восемь.

– Джордан, конечно, маньяк, помешанный на контроле. И с ним очень нелегко иногда. Но, уверена – он будет классным отцом, в отличие от собственного папаши. Дядя Ричард – редкостная сволочь.

Я воспроизвела в памяти своё последнее видение. С какой любовью отец прижимал маленького Джордана к себе, сколько нежности было в его голосе.

– У них плохие отношения?

– Мягко говоря. Я тебе как-нибудь о нём расскажу.

Знаешь, когда Джордан перегибает палку со своей опекой, я вспоминаю о том, в каких условиях он сам рос. И понимаю, что он, конечно, небезосновательно так себя ведёт по отношению ко мне… Но всё равно, все эти ограничения неимоверно бесят.

– Ну а сейчас? Он запретил, но мы всё равно туда идём…

– Не просто же так, из любопытства. Мы идём, чтобы не дать им натворить бед.

Я не стала с ней спорить. Надеюсь, разборки пройдут более или менее цивилизованно, и Джордан никогда не узнает, что мы были там.

– Тея, как мы найдём нужное место в темноте? Или такие разборки – обычное дело, и у вас есть специальная арена в лесу?

Мы прошли пару километров вниз от Ущелья. Лес стал гуще, воздух – холоднее. Желание повернуть назад крепло с каждым новым шагом.

– Чего искать-то? Я их и отсюда слышу…

– Ну да, конечно. И что именно?

– Разговор на повышенных тонах. Много народу, шумно.

– А голоса различаешь?

– Два, в основном – Джордана и ещё чей-то, мужской.

Что я здесь делаю? Это совершенно чуждый мне, жестокий мир.

Единственное, что держит меня в нём – мой мужчина. И мне следует во всём полагаться на него. А не потакать прихотям взбалмошной Терезы.

– Устала? Мы почти на месте.

– Не будем подходить близко, ясно? И вмешиваться не будем.

– Ладно, – она насупилась.

Действо разворачивалось на большой, залитой лунным светом поляне. И количество участников стало для меня неожиданностью. С каждой стороны было человек по тридцать, не меньше.

Мы притаились под большой раскидистой елью, достаточно близко, чтобы видеть всё, что происходит.

Ну а ушами моими будет Тереза.

В центре почти неподвижно стояли двое мужчин. Один – Джордан. Второй, на пол головы ниже – видимо, кузен Чейтона и зачинщик всей этой заварушки. Остальные, словно армии за спинами своих полководцев – двумя большими группами ближе к лесу

– Как зовут его хоть? – запоздало поинтересовалась я.

– Кузена этого. Который сейчас разговаривает с Джорданом.