Никто кроме тебя. Искушение

– Я хочу быть уверен, что ты осознанно соглашаешься быть моей. Что бы ни случилось. Кем бы мы ни стали в будущем.

– Я хочу быть с тобой.

Джордан уже едва сдерживался… Приподнял её ноги и развёл их еще шире. Обхватил ствол и прижал головку к узкому, влажному входу.

Она замерла, перестав дышать. И он остановился, только начав погружаться в девственное, манящее тепло её тела. Взглянул в мерцающие глаза.

– Я тебя люблю… – прошептала Лив.

И он резко послал бёдра вперед, проникая в неё полностью одним движением.

Девушка рванулась под ним и вскрикнула.

В первую секунду попыталась оттолкнуть, но быстро успокоилась. Замерла, прислушиваясь к ощущениям.

– И я тебя люблю, маленький…

Джордан приподнялся, насколько позволяла разрывающая руку боль. И почти сразу подался вперед вновь, наполняя её собой.

– Ммм… – пискнула Лив.

– Сейчас станет легче, – проговорил он, стараясь лёгким поцелуем успокоить её.

Хоть и понимал – для того, чтобы воплотить задуманное, нужно идти до конца. Еще каких-то пару дней, и начнёт действовать препарат, который она вколола.

И тогда о ребёнке можно будет забыть на несколько месяцев.

Джордан с большим трудом заставил себя не двигаться, давая Лив передышку. И заметил, как бегущий из раны на плече алый ручеёк стекает прямо на обнаженную грудь Оливии. Они оба уже перепачканы кровью.

Зрелище довольно пугающее, даже в ночном мраке. Его впечатлительной девочке лучше этого не видеть.

Сел, перекинув её ноги через свои бёдра. Быстро мазнул простынёй по груди и отбросил её подальше, куда-то на пол.

– Детка, сейчас расслабься, – попросил он. – Я поглажу тебя чуть чуть. Не открывай глаза.

Провёл пальцами там, где соединялись их тела. Нашёл самую чувствительную точку, и стал давить ритмичными движениями, вырывая стоны из её вздымающейся груди.

– Моя послушная малышка… – прошептал он, снова любуясь ею.

Пухлый розовый рот приоткрыт, дыхание частое и очень тяжёлое. Бархатная, влажная кожа поблёскивает в лунном свете.

Она горит сильнее при каждом движении его пальцев. Хочется заменить их губами, поиграть с ней языком, втянуть маленький нежный бутончик в рот и пососать… Как она кричала в прошлый раз…

От одних лишь мыслей о том, что он будет делать с ней после, Джордан едва не взорвался.

Так, вероятно, и будет до тех пор, пока он не убедиться окончательно – это его женщина. Она его любит и готова ему принадлежать.

Лив задрожала, лихорадочно хватая простынь и кусая подушку. Её спина выгнулась, и Джордан почувствовал, что выскальзывает из неё.