Никто кроме тебя. Искушение

– Пока ничего страшного…

– Пока? Постой, ты думаешь…

Чёрт подери всё на свете! Джордан должен был предвидеть это. Всё досконально выяснить и подготовиться к любым вариантам. Настолько сильно хотел сделать е поскорее своей, пометить её, оставить на ней и в ней свои следы… что не позаботился о самом важном.

– И суток еще не прошло… – уже спокойнее проговорил он.

– Всё правильно. Так это обычно и начинается.

Йен достал несколько ампул и шприц.

– Дротаверин и димедрол. Ей полегче станет.

– Мне то что делать?

– За температурой тела следи.

Сутки ждём. Лив с этим справится сама. Или нет.

Он наполнил шприц и надел на иглу колпачок. Взял смоченную спиртом салфетку.

– Я сам, – Джордан перехватил его руку. – Если не справится. Чем это может закончиться для неё?

– Максимум, ощутимой кровопотерей, если отторжение произойдёт через пару недель.

– Она будет гореть две недели?!

– Не обязательно. Всё может закончиться быстро. Потом силы восстановятся за несколько дней.

– Шанс сохранить беременность – около тридцати процентов.

И это если речь идёт не о смешанных парах.

– То, что мы с Оливией разных видов, оставляет еще меньше шансов?

– Если бы мы могли плодиться так же легко, как люди, их бы уже не осталось на этой планете.

Джордан опустился в кресло. С силой потёр лицо, взлохматил волосы. Вот уж не ожидал, что в таком положении будет чувствовать себя настолько беспомощным.

– Я это по-другому себе всегда представлял. Был уверен, раз мы оба такие сильные, нас подобное не коснётся.

– В этом, как раз, и проблема – что вы такие сильные.

В обычных наших и иннатских парах женщина чаще всего и не подозревает, что была беременна – всё происходит за считанные часы, она не успевает ничего почувствовать. Но Оливия…

Чёрт. Он не был к такому готов. Пусть это будет какой-нибудь банальный вирус, разгулявшийся в её ослабленном стрессом и переохлаждением организме. С этим они способны справиться.

А зачать малыша они попробуют снова позже.

– Когда она проснётся… Не говори ей пока ничего.

– Тебе решать, конечно.

Всё началось с крошечной, горящей точки где-то внизу живота. Как будто внутри тлеет уголёк.

Я несколько раз подумывала встать и разобраться, что это такое. Но стоило вылезти из больших, опутывающих теплом рук моего громовержца, как тут же начинало трясти в ознобе.

Джордан теснее прижимал меня к своей голой, горячей груди и становилось чуть легче – я проваливалась в сон.

Каждое последующее пробуждение было мучительнее предыдущего.