И дело не только в его красивом, мужественном лице и мощном телосложении. Он излучал какую-то первобытную необузданную силу, подавляющую людей вокруг.
Взволнованно снующие люди размахивали плакатами ""Джордан Фрейзер, руки прочь от заповедника!"" и ""Защитим наш древний лес вместе!"". Они окружили молодого мужчину плотным кольцом, но он будто бы ничего и никого не замечал. Стоял, небрежно облокотившись на блестящий бок своего элегантного седана, и хладнокровно смотрел прямо мне в глаза поверх их голов – он был здесь выше всех.
Встретившись с его темным, проницательным взглядом, я оцепенела и никак не могла заставить себя отвернуться. По спине от шеи до копчика пробежала волна мурашек.
– Все эти люди пытаются предотвратить вырубку леса и стройку у Ураганного Хребта, – продолжила объяснять девушка.
Будучи чужестранкой, я не то чтобы много знала о местных жителях, но все же усомнилась в ее словах. Почти всю территорию гигантского Гриншеттера занимает биосферный заповедник – неприкосновенная территория, охраняемая государством.
– В тех местах уже несколько веков существует большое индейское поселение. Индейцы-тускароры по праву рождения считают эту землю своей. Но недавно выяснилось, что по американским законам она теперь – собственность Фрейзеров. Это – старый уважаемый на Гриншеттере род. Их владения – по другую сторону от Хребта, но каким-то образом они смогли оттяпать себе приличный кусок заповедного леса. Слышала про них что-нибудь?
– Нет. Я только вчера прилетела из Шотландии.
Бывала здесь раньше часто, но про Фрейзеров не знаю.
– Точно, у тебя же акцент! Так вот. Джордан Фрейзер снес их тысячелетний Тотемный парк и теперь строит там современный Экоотель.
Остальные девушки согласно закивали. Я стряхнула с себя оцепенение, отвернулась от голдящей толпы и снова обратилась в слух.
– Индейцы и всякие природоохранные организации устраивают эти протесты почти каждую неделю, когда он возвращается с материка на остров, в своё ущелье. Подкарауливают его, тычут транспарантами, созывают прессу.
Но его, по-моему, это не волнует.
– Девочки, а вы то тут зачем? – решила поинтересоваться я."
"– А мы хотим на него в живую посмотреть. А то он же нигде почти не бывает, хоть и совсем молодой еще мужик. Или сидит в своём небоскрёбе, в Таунсенде. Или в поместье Хайленд Мэнор, у самого Ураганного Хребта. Но туда никого не пускают, ясное дело.
– Не знала, что у Ураганного Хребта стоит какое-то поместье. Это же заповедник?
– Да.
