Я почувствовала стыд за то, что обременяю, в сущности посторонних людей своими проблемами.
– Спасибо, что помогли.
Эмбер кивнула, и, после недолгой паузы, вдруг спросила:
– Скажи, ты правда ничего не знаешь об иннатах? Точно помню из бабкиных рассказов, что МакКинноны – старый, очень сильный иннатский род. Был двести лет назад, по крайней мере.
– Впервые про это я услышала здесь, от Уаэтта Торнтона.
– Очень странно.
– И я ничего такого не слышала,– вставила Холли. – Хотя моя семья – потомки тех самых первых шотландских переселенцев.
Может, наше поколение так далеко от истоков, что нам уже нечего наследовать?
Эмбер снисходительно улыбнулась и покачала головой:
– Знаешь, мы ведь не просто одаренные люди. Мы вообще другой вид. Даже если в каком-то поколении примешивается человеческая кровь – наши гены доминируют. Хотя смешанные браки почти всегда оказываются бесплодны – в них крайне редко рождаются дети.
– Но почему я ничего об этом не знаю? – упрямо повторила подружка.
– Не зависимо от того, знаешь ты или нет – это наследство в нас живет.
И будет жить в наших детях, внуках…
– Я никогда себя не чувствовала как-то особенно. Даже сомнений не возникало в моей нормальности, пока не переехала сюда.
– Значит правду от вас скрывали намеренно.
– Да зачем?
– Это выбор каждой отдельной семьи. Тогда, двести лет назад, иннатов и декстралов считали опасными. Люди нас преследовали и уничтожали. Вполне логично, что некоторые решили отречься от своего происхождения. Вероятно, МакКиннонов тогда не заподозрили, раз не тронули.
И следующие поколения росли в неведении, но зато в безопасности.
Я пару минут переваривала услышанное, не зная, как ко всему этому относиться.
– Теперь я понимаю, что бабушка с дедом конечно все знали. Не ясно, как они растили нашего отца, но нам с Лэндоном не успели ни о чем рассказать. Только предостерегали от какой-то мифической опасности, не говоря, откуда ее следует ждать.
– Вот как люди живут и не знают, что они не люди? – усомнилась Холли. – Может, и разницы никакой нет?
– Способности иннатов тесно взаимосвязаны с силами природы.
Их развивают с детства. Ну, к примеру, если родители очень рано поняли, что ребенок хорошо контачит с огнем, и совершенствовали эту связь, то к 15 годам он станет очень сильным иннатом, сможет творить удивительные вещи. Зажечь сотню свечей одним взмахом руки. Или в пару секунд превратить небольшой костерок в полноценный лесной пожар, – закончила Эмбер и кивнула на остатки костра во дворе.
