Он ожидал увидеть лощеных, одетых с иголочки, изысканно, солидных или молодых, таких, каких ему иногда приходилось видеть современных деловых людей в Москве. Таковыми «воротилы бизнеса», в общем, существовали в сознании простых людей. Но те, что в сопровождении «спонсора» поднимались по лестнице на второй этаж ресторана… То оказались четыре кавказца, дорого, но неряшливо и безвкусно одетых. У всех во рту блестели золотые коронки, и они часто нарочито громко смеялись или хищно оскаливались, чтобы все видели это золото.
Кроме коронок, на шеях, пальцах рук, запястьях, все блестело золотой желтизной: цепочки, кольца, перстни, браслеты часов… То был классический прикид братков из девяностых, но с добавлением специфического кавказского колорита и шика, которое кратко можно охарактеризовать словами: наглая демонстрация богатства. И еще, все они были вооружены, с их поясов свисали явно не пустые кобуры. Проходя мимо охранников один из «бизнесменов» насмешливо бросил:"
"– Эй, охрана, оружие свое не проспите!… И это, что и есть твои бойцы!? Да у нас любой двенадцатилетний мальчишка с такими справится.
Дружный смех остальных кавказцев стал следствием этих слов, обращенный к семенящему поодаль «спонсору». Что он ответил, уже не было слышно, ибо за ними закрылась дверь отдельного кабинета. Леонид посмотрел на Креста и ужаснулся: с лица его наставника словно куда-то ушла вся кровь, оно стало даже не бледным, а каким-то мертвецки-серым. Он смотрел вслед скрывшимся в кабинете бизнесменам с животной ненавистью.
Чувствовалось, что только усилием воли он удерживает себя на месте.
– Ты что… тебе плохо? – не понимал, что происходит с Крестом Леонид.
– Нет, мне очень хорошо… ты даже не представляешь Малек, как мне сейчас хорошо, – злобно-отчетливо произнес Крест.
– Ты что, знаком с ними? – спросил Леонид, как завороженный глядя на побелевшие костяшки пальцев рук Креста, сжимавшего свой пулемет.
– Не знаком, но я их всех отлично знаю, – по-прежнему зловеще отвечал Крест, не спуская глаз с двери кабинета.
Минут через десять из кабинета, по-хозяйски распахнув дверь, вышел самый молодой из «бизнесменов», парень, где-то ровесник Леонида. Золота на нем было поменьше, чем на его товарищах, зато из кобуры, висящей на поясе, дразняще высовывалась рукоять пистолета отделанная дорогой инкрустацией.
– Эй, поди скажи, чтобы нам еще покушать принесли. Там для нас шашлык должны пожарить, – молодой обращался к Леониду.
