Разлука не притупляла боль, не истончала моих чувств к Яну. Любовь не так просто убить. Умом я понимаю, что мы разные, что между нами случилось слишком много плохого, вряд ли это удастся забыть, но сердце тоскует и плачет по любимому человеку, оно подкидывает в топку сладостные воспоминания, которые сильнее разжигают чувства. Ты ощущаешь тоску по человеку, его запаху, его заботе, его прикосновениям…
Днем кажется, что жизнь продолжается. Ты куда-то спешишь, что-то делаешь, вокруг тебя суета, а потом наступает ночь, ты ложишься в свою одинокую постель и пытаешься заснуть…
Ян не напоминал о себе несколько дней.
Никак не отреагировал на то, что я проигнорировала его сообщение, хотя я ждала какой-то колкой фразы, даже в черный список не стала отправлять его контакт. Можно было подумать, что он вычеркнул меня из своей жизни, но я почти не сомневалась, что перед гонкой он о себе напомнит. А может, он пригласит ту девушку, с которой ходит по ресторанам? Я ревновала и ненавидела себя за это.
Мы с Раяной входим в университет.
Замечаю, что парни провожают нас заинтересованными взглядами, хотя мы одеты скромнее всех девчонок. Стоит мне встретиться взглядом с кем-то из парней, как они тут же отводят глаза в сторону. Порой кажется, что каждый в «Прогрессе» думает, что я принадлежу Самсонову. Меня обходили стороной, в то время как с Раяной желали познакомиться, но она уходила от навязчивого внимания, умело пряталась в защитный панцирь. Мы понимали, где и с кем учимся. От этих мажоров лучше держаться подальше.
Всегда приходим рано, но возле кофе-автомата очередь в любое время суток. Спасибо Раяне, у нас теперь есть деньги на продукты, хотя мне ужасно неудобно жить за ее счет. В моем кармане гуляет ветер, деньгам просто неоткуда взяться.
Я дала объявление, что за определенную плату готова сделать рефераты, ко мне обратилось несколько студентов, заказ я решила принять у девочек-второкурсниц. Мы обо всем договорились, я уже взялась за работу, но на следующий день они отказались от моих услуг.
Девочки очень извинялись, а у меня закипали слезы на глазах. Я почти не сомневалась, что за их отказом стоит Самсонов. Думает, что после такого я приползу к нему? Порой я готова была обратиться за помощью к Эдуарду Викторовичу, но никак не могла решиться на этот шаг, что-то меня останавливало. Сам он не звонит, наверное, мама убедила его, что у нас все хорошо. А может, ему не до меня? Вдруг он что-то узнал? Хотелось бы мне знать, что происходит в особняке.
