Материнский инстинкт иногда все-таки включает.
— Ответь, — тороплю. Уходить передумал. Остаюсь, прислушиваюсь к разговору. Мне интересно, что скажет ей Ника. Может, я прямо сейчас смогу ее забрать?..
— Ника?.. Ника?! Ника, ты где? Что происходит? — Алиса не играет, она реально напугана. — Ника, дочка! — кричит Алиса. В моих жилах стынет кровь, когда вижу слезы на щеках матери.
Не время поддаваться панике, но меня жестко кроет…
— На громкую связь поставь! — вырываю из дрожащих пальцев телефон. Алиса так воет, что ничего не разобрать.
— Рот закрой! — мне сейчас не до ее чувств, я хочу понять, кого я сегодня буду убивать…
Глава 9
Ника
От нескольких пощечин горит лицо. В школах со мной случались разные ситуации, были и драки, но меня никогда не были парни. Замораживаю накатывающую панику. Я столкнулась с отморозками, отбитыми на всю голову. Стараюсь не плакать и не впадать в истерику, это ничего не даст. Никогда не было так страшно. Они еще не реализовали задуманное, а у меня каждый нерв посылает болевой сигнал в мозг.
Интересно, мама поняла, что я попала в беду? Как быстро она сообразит вызвать полицию? Она хоть что-то запомнила из того, что я истерично перечисляла? Мама — моя единственная надежда на спасение…
Перелетаем перекресток на красный свет, машину подбрасывает на спуске. Один из похитителей стукается головой о стойку. Отборный мат и протяжный стон звучит музыкой для моей испуганной души. Жаль, что этот удар не убил его.
За нами поднимается столб пыли. Дорога в селении разбитая, ухабистая.
Есть огромные участки вообще без асфальта. На такой скорости тут никто не ездит.
— Рот ей закрой, чтобы не орала, — произносит Вага, когда мы выезжаем на центральную улицу. Вот урод! Он предугадал мои действия! Тут полно магазинчиков, местные жители любят постоять, посплетничать. Иногда участковый на пятачке разгоняет алкашей. Я планировала кричать, звать на помощь.
Сопротивляюсь изо всех сил. Отворачиваю голову, кричу во всю силу легких, может, хоть кто-то меня услышит.
— Держи ее! — скручивая руки, орет белобрысый урод.
— Вы что, с одной сучкой не можете справиться?! — злится на переднем сиденье главарь, сбрасывает скорость, пока меня «успокаивают».
Еще один удар, в этот раз прилетает по виску. В глазах на несколько секунд темнеет. Меня заваливают на сиденье, один садится на ноги, а второй на грудь. Засовывает мне руку в рот. К горлу подступает тошнота. С трудом удается сдерживать рвотный позыв. Удерживает мысль, что я могу захлебнуться и умереть.
