Ниочёма — 2

Выйдет на улицу, цапнет за руку любую незамужнюю девку и тут же с нею под венец. И ни одна лахудра даже не вякнет, потому что от таких женихов не отказываются.

— А если он пятый уровень не возьмёт?

— Возьмет, не сомневайся. Это гений магии. Ты видела его выступление на олимпиаде? Он может хоть сейчас идти сдавать экзамены по владению конструктами в академии. Я знаю только троих человек, кто в этом возрасте был способен выдать что-нибудь подобное.

— А таких, которые к совершеннолетию пятый ранг брали, знаешь?

— Нет, Олег будет первым.

— Да уж, — пригорюнилась Алёна. — И отгонять их будет некому.

— Вот за это не переживай, — усмехнулась Маша. — Он и сам всех прекрасно разгонит. Ни на род, ни на богатство не поглядит. Вот только и нас с тобой, если под горячую руку попадем, вместе со всеми пошлёт по известному адресу.

— Это по какому? — удивилась Росомахина.

— Эх, темнота! В пеший эротический тур.

— А-а-а! — покраснела девушка, сообразив, о чём шла речь. — И что же делать?

— Идти извиняться, конечно же. Только не сейчас. Пусть и в самом деле отдохнет, а то как бы хуже не вышло. Тут мы, конечно, затупили. Надо было забежать на пять минут, показать, как мы рады, и уйти. А на другой день уже и подкатить с вопросиками. Завтра на занятиях подойдем и покаемся. Так, чтобы вечером снова к нему на чай заглянуть. Только без расспросов.

— Так любопытно же! — жалобно протянула Алёна.

— Мне тоже любопытно, да ещё как! Но ты же видела, что в итоге получилось?

— Ну да, и даже ощутила.

— У нас с ним клятва.

Глаза Каракаловой загорелись любопытством.

— У меня перед ним долг жизни.

— И ничего не подумаешь. Предки подтвердили.

— Предки? Ты не шутишь?

Удивлению Маши не было предела.

Алёна задрала рукав, открывая чёткую татушку на плече, скалящего зубы песца.

— Знаешь, как он меня сегодня цапнул! На руке никаких следов, а чувство такое, будто и впрямь укусил.

— Млин! Так предки вот уже сколько лет никому не отзываются. А у тебя… Млин!

— Ты, Маш, не завидуй. Знаешь, сколько я всего натерпелась? Я ведь и вправду чуть не померла. Причем, раза три, не меньше.

— Да я не про то, я о Предке. Представляешь, сколько родов десятилетиями пытаются дозваться Предка, и нифига? А ты вот так вот клятву дала, и он откликнулся.

— Не сразу. Сперва Песцов её принял, а уже потом всё завертелось.