Ниочёма - 4

В этой горе имеется пещера. Меня в неё не пустили. Но есть шансы, что тебе она откроется. Но такие же шансы имеются и на то, что долбанёт каким-нибудь заклинанием. Там же, в пещере, кстати, прячется и наш знакомый дэв. Ну что, рискнёшь?

Слово «разумеется» Маша постаралась выразить взглядом. И, видимо, преуспела. Олег только и сказал:

И вновь создал воздушную платформу. Обратный перелёт был столь же короток, но девушку нисколько не испугал. А ледяной ветер, бивший в лицо, самым натуральным образом привёл её в восторг.

Едва ощутив под ногами землю, она спросила:

— Для начала, дай мне левую руку. Это страховка на всякий случай. Если камень примется тянуть из тебя энергию, я подпитаю. А теперь вот видишь маленькая впадинка? Не видишь? А магическим зрением? Отлично. Приложи к ней родовой перстень. Камень как раз должен попасть в это место.

Прежде, чем Олег закончил говорить, Маша ткнула перстнем в скалу. Раздался скрежет, посыпались мелкие камешки. Камень прорезала вертикальная трещина, а потом здоровенный кусок скалы распахнулся, словно створка двери, открывая взглядам темный зев пещеры.

Маша враз позабыла все слова. Только сдавленно пискнула от восторга и шагнула вперёд. Олег подсуетился, подвесил перед ней светляк, махнул остальным — мол, подъезжайте, и пошел следом.

Скала оказалась лишь входом, а сама пещера Али-Бабы, то есть, рода Каракаловых, находилась глубже и дальше. Когда Олег спустился в неё, Маша уже стояла посередине, оглядывая сокровища. Всё было в точности, как на иллюстрациях к восточным сказкам: окованные железом сундуки с золотом и драгоценными камнями, рулоны драгоценных тканей, груды оружия, сваленные на коврах, золотая и серебряная посуда и еще куча всякого добра.

На глаз выходила довольно приличная сумма, но, как и сокровища столичного училища, с трудом реализуемая. Сейчас всё содержимое пещеры являлось ценностью главным образом для любителей антиквариата. Ну, еще монеты можно было бы сдать на вес. Впрочем, это добро принадлежало не клану в целом, а конкретно роду Каракаловых, так что Песцов разглядывал клад большей частью из праздного любопытства.

Тут с восторженными визгами в сокровищницу влетели девушки. Загалдели, восхищаясь, принялись щупать ткани, пересыпать из руки в руку самоцветы, прикладывать к себе роскошные наряды и вообще развлекаться. Смотреть на это было скучно. А караулить — снаружи стоят гвардейцы, а здесь Маша и сама по рукам надаёт.

— Милка, а где прячется наш знакомый дэв? — поинтересовался Песцов.