Помяни мое слово
Элис
Как же было тяжело… Видеть его так близко, чувствовать тепло желанного тела и понимать, что наши чувства взаимны, но…
«Элис… Хватит! Прекрати это сейчас же, ведь потом будешь мучиться!»
– Не надо… – неустанно шептала я, борясь с подступающими слезами. – Лиен, не надо…
Маг огня не отстранялся. Его губы находились в опасной близости, и я чувствовала их жар. Представляла, какие они мягкие и нежные, как сладко будет прикасаться к ним, растворяясь в далеко не целомудренном поцелуе.
Это сводило с ума... Стоило совсем немного податься вперед, и я ощутила бы их вкус, навсегда сохраняя в памяти, но… нельзя…
«Больно… Почему в груди так больно…»
Стоило первой слезинке скатиться по моей щеке, и Лиен отвел терзающий сердце взгляд, разжимая объятия и отступая на шаг.
Без тепла, исходящего от сына герцога, стало так холодно и зябко. Мне едва удалось побороть порыв кинуться к нему, чтобы вновь прижаться к груди и вдохнуть полюбившийся аромат, свойственный только ему одному.
– Ты так жестока, Элис, – послышалось тихое, терзая мое сердце, – но я понимаю тебя. Прости, что посмел сказать такое.
Столько слов рвалось из моего рта, столько эмоций и чувств кружили под кожей, их хватило бы на целый мир. Они просили высвобождения, умоляли не стоять на месте молчком, а сделать хоть что-то, только бы Лиен не ушел, только бы остался со мной…
«Правильно… Я все делаю правильно…»
Было нестерпимо больно наблюдать за ним и за его слегка склоненной головой, отчего длинная челка упала ему на глаза, за опустившимися плечами, отображающими состояние души мага.
Ему, как и мне, было тяжело, но как бы сильно не хотела поддаться, как бы не желала принять его чувства и ответить на них взаимностью, я не имела на это право.
Не вынося страданий, пропитывающих каждую клеточку моего тела, я, проклиная себя, медленно развернулась и направилась в сторону общежития.
Шаги давались с огромным трудом. Ноги будто налились свинцом, но я все шла и шла, чувствуя, как горит спина и ноет сердце от взгляда Лиена, смотрящего мне вслед.
«То, что он отпустил, не прикоснулся, говорит о многом…»
От этих мыслей стало только хуже. Поток слез усилился, и я перешла на бег, желая спрятаться в своей комнате, забиться в угол и выплакаться по полной программе.
Пробегая мимо адептов, услышала свое имя. Кто-то звал меня, но охваченная эмоциями я не остановилась, влетая в холл общежития и пугая вечно спящую комендантшу.
