И пусть тебе сказанное мной покажется бредом сумасшедшего, но знай, я считаю, что прав во всем.
Далее потек мой сбивчивый и временами слишком эмоциональный рассказ. Я махал руками, рычал и с силой сжимал зубы. Мне было обидно и горько, ведь с каждым произнесенным словом вина матери проявлялась все отчетливее.
Отец, пока я излагал свои мысли, не подкрепленные доказательствами, слушал меня внимательно. Временами он хмурился, иногда отводил задумчивый взгляд в сторону, а в самом конце и вовсе выставил руку, прося поймать тишину.
– Даже не знаю, что сказать, – вздохнул он, поджимая губы.
– Ты не веришь мне, я понимаю, – закивал, кидаясь к нему. – Папа, – мой голос дрогнул, но я смог взять себя в руки, пусть это и далось не так-то уж и легко, – я прошу тебя, давай проверим? Пожалуйста! Просто проверим! Я не могу избавиться от мыслей, что помолвка Элис с этим стариком вызвана давлением матери!
– Лиен… – вздохнул родитель.
– Я понимаю! – шумно втянул носом воздух, перебивая. – Понимаю, у тебя есть долг перед правителем нашего государства, ведь ты его доверенное лицо! Еще понимаю, что к каждой поездке ты готовишься заранее и ни разу не откладывал свой запланированный маршрут или время отправления, но я могу обратиться за помощью только к тебе!
– Сын… – в глазах отца появилась грусть.
– Как прикажешь мне дальше жить? – из моей груди вырвался рев, а ладони против воли вспыхнули, освещая комнату. – Как я буду дышать, зная, что она идет под венец со стариком?! Да плевать на этого старика! – пламя двигалось вверх по моим рукам, достигая плеч.
– Я никому ее не отдам! Слышишь?! – тело била крупная дрожь. – Из-за меня мать вынудила ее тетку сыграть скорую свадьбу! Она уверена, что избавившись от Элис, Адэлла станет моей супругой! Но не бывать этому! – заорал я во все горло, и меня с ног до головы облизало пламя, превращая в огненного элементаля.
Отец сидел напротив, и в его глазах отражался полыхающий я.
– Ну что ты здесь устроил? – вздохнул он, усмехаясь. – Влюбился… Я рад, что ты испытываешь столь сильное чувство, мальчик мой.
Тяжело дыша, я пытался взять под контроль стихию, которая рвалась в бой.
– Я прошу, – мой голос был наполнен мольбой, – отложи свою поездку. Помоги мне узнать правду.
– Что будет, если мать окажется непричастна? – спросил родитель, складывая руки на груди.
Мне не стоило раздумывать над ответом, потому что я и так знал его.
– Понятно, – кивнул папа, как-то странно улыбаясь. – Ничего другого от тебя я и не ожидал.
