Нью-йоркская трилогия

Подобрать к ним ключ.

– Да, ключ. То, что открывает запертую дверь.

– Разумеется, пока я только собираю материал, улики так сказать. Потом предстоит еще этот материал обработать. Труд этот исключительно кропотлив. Вы даже не представляете, насколько он утомителен, особенно в моем возрасте.

– Могу себе представить.

– То-то и оно. Сделать надо так много, а времени так мало. Каждое утро приходится вставать с рассветом. Отправляться на улицу в любую погоду, быть в постоянном движении, целый день на ногах, ни минуты отдыха.

На такую работу никаких сил не хватит, можете мне поверить.

– Да, но она того стоит.

– Чего только не сделаешь ради истины. Никакая жертва не покажется малой.

– Видите ли, никто не понял того, что понял я. Я – первый. И единственный. А ведь это накладывает немалые обязательства.

– Согласен. Приходится, фигурально выражаясь, нести на своих плечах целый мир.

– Да, если угодно. Целый мир – вернее, то, что от него осталось.

– Вот уж не думал, что дело обстоит настолько плохо.

– Видите ли, сэр, мир лежит в руинах. И мое дело – отстроить его заново.

– Вы немало на себя берете.

– Я отдаю себе в этом отчет. Я ведь ищу только основную идею, принцип, а это вполне по силам одному человеку. Мое дело заложить фундамент, а завершить строительство могут другие. Главное – начать, создать теоретическую базу. К сожалению, кроме меня, сделать это некому.

– Чрезвычайно. По сути, я нахожусь на пороге величайшего открытия.

– Я и сам за себя рад.

А все из-за моего ума, исключительной ясности моего рассудка.

– Видите ли, я понял, как важно себя ограничивать. Работать в узких пределах, чтобы сразу же ощутить плоды своего труда.

– Заложить фундамент, как вы справедливо заметили.

– Вот-вот. Основу основ. Необходимо разработать метод, принцип работы. Поймите, сэр, мир лежит в руинах. Мы ведь утратили не только цель в жизни, но и язык, на котором можно говорить о духовном. Это, несомненно, высокая материя, однако имеет она свой аналог и в материальном мире.

В том-то и состоит мой вклад: я призываю ограничиться осязаемым, вещественным. Цели у меня самые высокие, однако работа ведется в сфере повседневности. Вот почему меня так часто неправильно понимают. Впрочем, не важно. Я научился не обращать внимания на такие мелочи.

– Единственно возможный. Достойный человека моего уровня. Так вот, в настоящий момент я занят тем, что изобретаю новый язык.