Нижний уровень – 2

То совсем скисал в Панаме от скуки и приближающейся депрессии, а то вон как теперь оживился, копытом землю рою.

– Как О'Мэлли тебя нашел?

– Очень просто, меня сначала нашел мой босс, вызывал к себе, – усмехнулся Патрик. – Сообщил, что ему звонил уже его босс, которому приказал его босс, и сказал, что со мной хотят поговорить. Возможно, даже предложить повышение. Что интересней всего, желавший поговорить изъявил желание навестить меня дома, а потом я очень удивился, увидев священника. Я пригласил его в дом на кофе, там мы поговорили.

"То есть тут заход тоже через Акосту был. Учитывая, что он шишка в Безопасности отечества, а пограничная охрана входит как раз в этот департамент, то ему это, наверное, организовать несложно.

– Ты ему поверил?

– Скорее да, чем нет. Просто… он был убедителен. Логичен. И я не думаю, что иезуит приедет к тебе домой только для того, чтобы немного побредить. И я же знал, что случилось с Марком. Знал про все это оккультное дерьмо, то есть я как-то подсознательно ждал того, что рано или поздно… это как-то проявит себя.

– И когда ты согласился, чего ты хотел добиться в итоге?

– Всех найти и всех убить, – спокойно ответил Патрик.

– Ты же слуга закона.

– Уже нет. Есть еще такие понятия, как «хорошие люди» и «плохие люди». И если на кого-то нельзя распространить действие закона, то это совсем не значит, что он должен делать то, что хочет.

– Распространить-то можно, – поморщился я. – Взять на наркотиках, взять на убийстве или похищении. Их просто потом нельзя… в общую популяцию тюрем. Вообще никуда нельзя, потому что в первый раз, когда еще испанская инквизиция поймала подобных людей, это знание ушло через тех, кто их охранял. Долгая-долгая жизнь – это серьезная приманка, мужик. За нее люди готовы пойти на многое.

– Я знаю, О'Мэлли эту историю мне тоже рассказал.

– Это хорошо. – Я кивнул. – Мне дико нужны были люди, которые могут помочь, но я даже не знал, где и как таких искать. Потому что сказать нормальному человеку то, что я планирую этих убивать, – это уже проблема. А если не проблема, то, скорее всего, человек уже ненормальный и к этой тайне его нельзя подпускать на пушечный выстрел.

– Я тебя понял.

Дальше какое-то время ехали молча, потом сбились на болтовню ни о чем.