Нижний уровень – 2

Самое главное – жить комфортно и незаметно.

Тут он, как мне кажется, сильно кривил душой, но поймать его на этом я не мог. Браун плавно обходил тот факт, что как минимум половина из них – натуральные маньяки, для кого убийство – удовольствие и радость. Неужели им хватило минимального количества нелегалов? Не думаю.

Нелегалов убивать просто. Их и так гибнет великое множество, хотя бы при переходе через пустыню. Los Coyotes, то есть проводники, бросают их при первом признаке опасности. Нелегалу грозит простое выдворение, а проводнику – немалый срок в федеральной тюрьме.

Но без проводников нелегалы, среди которых большинство люди не подготовленные для таких походов, часто плутают и гибнут.

Некоторые проводники, если ведут женщин и девочек, доводят тех только до торговцев живым товаром. Никто по-настоящему не контролирует, дошел нелегал, куда шел, или нет. Они ведь тоже делятся на классы: есть те, которые давно живут в Америке и у которых дети родились на американской земле и имеют гражданство.

Такие время от времени ходят в Мексику и обратно, обычно с проверенными проводниками, и самое плохое, что может с ними случиться, – они попадутся пограничникам. Их сфотографируют, проверят по базам данных, если это первый раз – просто отправят обратно в Мексику, и оттуда они снова перейдут границу. Второй раз попадаться хуже, на третий вообще тюрьма. Но все же такие в большей безопасности.

А есть те, что идут наудачу, в первый раз, и не все из них мексиканцы.

Идет Сальвадор, Гондурас, Гватемала, даже бразильцы попадаются на этой границе. Многие идут в никуда, просто надеясь как-то пристроиться, и как раз такие – самая группа риска. Прошел он и где-то работает уборщиком в Денвере, Колорадо, или его кости торчат из пустынного песка под кустом – не узнать. А подчас и узнавать некому. И вот таких, похоже, эти нелюди и использовали. Не проверишь."

"Как бы то ни было, а беседа с Брауном укрепила меня в осознании своей правоты – их нужно истребить.

Они – какое-то чистое, абсолютное зло. Не зря я отказываюсь думать о них как о людях. Они уже давно не люди, а многие из них никогда людьми и не были. И уж точно не будут.

Сразу в кемпинг ехать нельзя, машины не те, так что пришлось, борясь со сном, завернуть еще и на работу, пересесть на свои. В «эйрстрим» залез в состоянии уже совершенно сомнамбулическом, с мыслью о том, что надо просто лечь спать и забыть обо всем.