Нижний уровень – 2

Внедорожник – красная «Такома» – принадлежал Коди Бисону, он на нем тогда от бара уехал, я помню.

Пристроил свой «Форд» рядом с ним, вышел, почувствовал, как завибрировал в кармане телефон. Пришло сообщение от Патрика о том, что он уже заселился в гостиницу в Сидоне. В ответ я посоветовал ему действовать по плану и направился к двери.

Постучать не успел – услышал шаги, и дверь распахнулась. В дверях стоял Коди.

– Проходи, – сказал он. – Сейчас завтракать будем.

В просторной кухне с «завтрачной» стойкой я увидел еще двоих людей.

У плиты хлопотала седая женщина, с волосами, стянутыми в длинный хвост, одетая в джинсы и клетчатую рубашку, а у стола стоял вполне крепкого вида мужик лет под семьдесят, наверное, в длинных шортах и просторной майке. Был он стрижен под ежик, загорел до черноты, а рукопожатие его оказалось крепким и энергичным.

– Меня зовут Майкл, – тряхнул он мою руку.

– Сергей, сэр, – представился я.

– Это Сэра, моя жена.

Сэра улыбнулась белыми ровными вставными зубами, при этом очень обаятельно, тоже пожала мне руку.

– Садитесь завтракать.

Завтрак был простым и традиционным – глазунья из двух яиц, сосиски, бекон, обжареная картошка, гренки. В большом кувшине апельсиновый сок, от которого я отказался, сославшись на запрет врачей, и который заменил водой. Кофе. Разговор шел о погоде, надвигающейся жаре, ни о чем, в общем; главную тему, ту, из-за которой я сюда приехал, пока обходили.

После завтрака Майкл предложил нам с Коди посидеть на террасе, выходящей на небольшой задний двор, в котором в уголке возвышался монументально возведенный гриль, а затем вышел следом, с большой папкой в руках, которую выложил на стол перед собой.

Под навесом особенно жарко не было, а над головой медленно вращался вентилятор с длинными лопастями, создавая приятный ветерок. Было тихо, в таких городках вообще всегда тихо.

– Мой сын сказал, что вы интересуетесь историей с убийствами в Уэндэне, я правильно понял? – спросил он, надевая на нос очки для чтения.

– Все верно, сэр. Именно ею я и интересуюсь.

– Отец оставил довольно много записей. – Он открыл папку, сплошь забитую разносортными листами бумаги, газетными вырезками и какими-то фотографиями. Было видно, что собиралось это все не один год. – Он занимался этим почти всю жизнь, хотел разобраться. Даже меня заразил, время от времени я тоже что-то пытался выяснить, когда появлялась возможность. Я работал там же, где Коди работает сейчас, он говорил?

– Да, сэр.