Низший

Из одной с ровным гудением исходит теплый воздушный поток с легким запахом пыли и железа. Приятно задержаться и погреться. Из другой решетки рвутся прерывистые леденящие порывы, морозящие кожу. Из следующей решетки исходит слабый поток воздуха и отчетливый аромат чего-то съедобного – но не понять, чего именно. В этих коридорах больше поворотов, на части стен и потолка видны странные вздутия неизвестного предназначения. Нигде не встретились любимые гоблинами теплые стенные выступы, на которых так приятно согревать усталые кости.

– Чего ты так медленно шлепаешь, гоблин? – не выдержала напарница.

– Новая обстановка – охотно ответил я – Надо впитать в себя детали.

– Хм… ну впитывай… уф… – надулась рвавшаяся поработать Йорка.

– Спрашивай – предложил я – Будет не так скучно.

– Это можно. Чего вот ты тут впитываешь?

– Обстановку, архитектуру, мелкие особенности, остатки того, что когда-то тут было, но потом оказалось демонтировано. Или наоборот – чего тут не было, но потом появилось.

– Я вижу те же коридоры.

Шлепаем обычной тропой.

– Рельс видишь – указал я на проходящий над нашими головами рельс, служащий дорогой для наблюдающей полусферы системы.

– Ну. Материнская тропа.

– Г-х… – поморщился я, не сдержав вырвавшийся из горла звук – Прекрати.

– Сравни рельс со стенами и полом. И поймешь – его установили сюда гораздо позднее. Изначально тут не было потолочного рельса и тут не каталась полусфера. Зато вон там, вон там – и еще мест десять таких же мы уже прошли – под потолком на стенах видны пятна и наглухо заделанные отверстия.

Это следы креплений. Раньше тут висело оборудование – и я почти уверен, что это были камеры наблюдения.

– Пусть так. Раньше система наблюдала через камеры, потом повесили рельс и пустили полусферу. И что? Суть не меняется. Модернизация! Прогресс!

– Может и так – согласился я – Но любая мелочь может оказаться полезной. Видишь? Вот. На входе в тот зал или что там.

– Ты про три отметины на входе?

– На косяке. Раньше тут имелась дверь. Судя по размерам креплений и их количеству – тяжелая дверь.

В верхней и нижней части косяка заделанные дыры. Дверь, Йорка. Раньше тут стояла дверь. А на стене рядом – о которую дверь частенько ударялась – остались следы запорного механизма. Рычажного запорного механизма с ручным управлением.

– И что? О… – поняла напарница и призадумалась.

В местах нашего «обитания» и труда, в тех зонах Окраины, где я уже успел побывать, не было никаких дверей на входах в залы и в коридоры.