Низший

Вернувшись на край желоба, посмотрел на крышу плота и удивленно присвистнул – это длинное корыто, доверху наполненное вонючей грязью, с краев часто свисают веревки с навязанным мусором, со стороны плот легко спутать с большой кучей мусора плывущей по желобу. Особо крупный комок небесного дерьма. А снизу? Пригнувшись, оглядел крышу внимательней и понимающе хмыкнул – знакомый блестящий металл. Ясно. Конструкция неплохо продуманная, крепка, плот вполне надежен, одна проблема – рано или поздно система или любопытные гоблины его заметят.

А пауки? Им сверху далеко видать. Далеко не лучший способ доставки свининки. Опасный. Рисковый. И раз уж болотники пошли на это – у них действительно не осталось других тропок. Мы – четыре деревенских гоблина – умудрились нехило прижать Зловонку. Вот и третью тропку перекрыли – сомневаюсь, что у болотников целый флот так хорошо замаскированных плотов. Хотя ненадолго – уже чего-чего, а плотов и челнов у обитателей Зловонки должно быть немало – по глубокому дерьму аки посуху не походишь.

Но зачем гадать, если можно вежливо спросить?

– Рэк, спроси у ребят – может кто хочет с нами побеседовать?

– Ага – ответил Рэк и поочередно врезал каждому из лежащих на полу болотников по яйцам. Их скрючило, из забитых тряпками ртов донеслись глухие стоны.

Орк удовлетворенно повернулся ко мне:

– Хотят говорить. Мечтают даже.

– Отлично. Оттащи вот этого шагов на пятнадцать вон туда – указал я – И хорошенько расспроси. Интересуйся всем, устрой себе настоящую лекцию по Зловонке.

И спроси про то, каким способом они хотели доставить мясо в город. О… а есть ли мясо? Баск! Йорка! Свинина есть на борту?

– Дерьмо! – отозвалась чуть сдавленно Йорка – Тут в трех ящиках нарубленная жирная баба! Даже не освежеванная! В остальных десяти ящиках – то же самое. Требуха еще в двух. Мрази!

– Мясо есть – заключил я – Действуй.

Довольно зарычавший орк ухватил одного из продолжающих стонать болотников и потащил в сторону, попутно отбросив к стене изъятое у них оружие и вещи.

Присев рядом с оставшимся, выдернул кляп, содрал с него очки и капюшон, внимательно рассмотрел перекошенную бурую харю испещренную зеленоватыми прожилками вен. Перманентно воспаленные глаза смотрели на меня с хорошо понятным чувством – со страхом. Совсем молодой болотник хотел только одного, но хотел этого с безумной силой – он хотел жить. Не дожидаясь моих слов, он заговорил первым:

– Я сделаю все, чтобы оказаться вам полезным.