Низвергнутый 2: кланы высшей школы (СИ)

— Ну спасибо, что в этот раз пила без мужика.

Было видно, она плакала — по щекам расплылись следы туши, а веки опухли от слёз. От неё тащило спиртным, но в остальном Юмэми выглядела умиротворённо, даже мило. Проспится и к утру будет в норме. Только не оставлять же её на диване.

— Ну, пошли спать, — я снова подхватил её на руки — забавно хрюкнув, она уткнулась в мою грудь лицом. Спальня маман была наверху, так что пришлось чутка попотеть, но молодое и сильное тело хоста справилось.

Уложив женщину на кровать, я накинул одеяло и погладил её по щеке.

Странно... за эти месяцы она стала мне близка, но до сих пор я не узнал ничего о её прошлом. В ней была сила, но и мягкость тоже. И главное, этот безумный, нереальный поток сомы, берущийся неизвестно откуда. У простых людей так не бывает.

— Кто же ты такая, Юмэми? — я нагнулся к ней, едва не касаясь тёплых мягких губ.

— Больше не могу, Юджи... — прошептала она сквозь сон. — Не надо... глубже...

Ох ты блин, чего ей там снится-то?

Её лицо исказила гримаса боли, Юмэми застонала.

— Шшш, все в порядке, — сев рядом, я погладил её тёплые волосы.

Странно. У меня никогда не было матери и это чувство мне не знакомо. Никто не знает, где рождаются боги. Мы не можем иметь потомства, а на свет появляемся на странной зелёной поляне в незнакомом мире, в который уже никогда не возвращаемся.

Первые сто лет наша жизнь — выживание, пока не вырастим первый сфирот. Мы привыкаем видеть страдания людей настолько, что уже не замечаем их.

Но даже так, я не хочу, чтобы эта молоденькая девочка, называющая себя моей матерью, страдала.

В груди шевельнулось скупое, давно забытое чувство, похороненное среди песков Йор-61 под грудой тел моих товарищей.

Никому я не дам тебя обидеть. Та трагедия больше не повторится. Не здесь, не с тобой.

Выключив свет, я направился в свою комнату, когда снизу раздался приглушенный звон разбитого стекла. Кто-то выбил окно! Мгновенно все чувства напряглись и обострились, я замер у лестницы на первый этаж и прислушался.

Хруст стекол, тихий топоток ног, сдавленное дыхание. Грабитель? Или посланец Гелиона?! В памяти снова всплыла мерзкая ухмылка Каору. Нет, будь я на его месте, сравнял бы весь дом землёй одним ударом. А значит, это не он.

Держа раздвижной шест отца наготове, я тихо спустился на первый этаж — топоток ног теперь сместился на кухню. Сбивчивое, торопливое дыхание стало ближе, а ещё я заметил следы крови на полу.