Низвергнутый 2: кланы высшей школы (СИ)

Или ты рассчитывала, что он будет тащить тебя до финала? Как тащил класс, выполняя за тебя работу старосты?

По щеке скатилась обжигающе горячая слезинка. От обиды хотелось кричать, но Юи сцепила зубы из последних сил. Хватит. Ямано права, стоило это признать. Но даже так, Цубаки больше не должна видеть её слабости.

— О, ты знаешь, что я права, — довольно осклабилась Цубаки, подхватывая пальцем слезинку с её кожи. — У тебя даже не хватило духу пойти против меня, чтобы защитить свой класс. На что ты рассчитывала, став старостой? Что одноклассники полюбят маленькую испуганную девчонку, готовую обмочить трусики при первой угрозе?

Её пальцы обхватили подбородок Юи и оттянули разбитую губу.

— У тебя нет зубов, чтобы огрызаться. Нет клыков, чтобы вцепиться в противника и бороться за своё. Кто будет делать это за тебя? Ширасаги? Ямада? Готова спорить, ты даже в постель его ещё не затащила. Твой максимум — слать ему откровенные фоточки, жаловаться и липнуть на каждом углу, якобы случайно показывая своё бельишко.

Вместо ответа Юи попыталась вцепиться зубами в её палец, но Цубаки вовремя отдернула руку.

— Ты проиграла, Юи. И не только в турнире. Как и говорила, я забираю Ямаду себе. Ты ему больше не нужна.

В груди сжалось так, что стало трудно дышать. Она больше всего боялась, что станет ему обузой. А теперь, когда он ушел далеко вперёд, а она осталась позади, всем её чаяниям придёт конец. Ямано права и Рэйджи уйдет к этой стерве, забыв о ней.

От осознания этого стало больно. Настолько, что голову сдавило тисками, а в животе словно разверзлась черная дыра, затягивая в себя всё её существо.

Унизительно хлопнув её по щеке, Ямано встала и отдёрнула занавеску.

— Поправляйся скорее, Могами. И возвращайся к своей жалкой, одинокой и никчёмной жизни.

Занавеска задернулась. Лишь когда цоканье каблучков президента затихло в коридоре, Юи разжала стиснутый кулак. По щекам градом бежали слёзы.

Как бы это больно ни было, она права.

— Я не отдам тебе его, сука... — прошептала девушка, глотая слёзы. — Я буду бороться.

Двадцать минут пролетели как один миг. Я спокойно перемотал бинтами ладони, подвязал повязку Юи на лоб, размялся и приготовился к бою. Одноклассники смотрели на меня с немым ужасом и восхищением. И, уверен, добрая половина трибун — тоже.

— Дружище, ты точно обезумел, — сзади подошел Таро и протянул мне бутыль с водой.