Низвергнутый 2: кланы высшей школы (СИ)

Очевидно, что Цубаки втягивала меня в свои дела вопреки всему. И дьявольский огонь, блестевший в её глазах, лишь подтверждал это.

— Так что, начнешь отказываться? — она элегантно перекинула ножки с одной на другую. Сорочка, едва доходившая до верха бедра, приподнялась и обнажила краешек кружевного белья.

— А ты решила, что я сразу соглашусь? — усмехнулся я. — Помнится, в прошлую нашу встречу я дал понять, что не собираюсь быть твоим подручным.

— Но в прошлый раз ты не писал мне это, — она с улыбкой взяла с кровати сложенную вдвое бумажку и развернула.

— Надо же, маленькие неодарённые так рвутся к знаниям о магии, хотя даже не знают, откроется ли в них дар, — Цубаки обнажила белоснежные зубы в издевательской улыбке. — Но Студсовет так загружен делами перед турниром! Бывает, что обращения учеников просто теряются в ворохе бумаг. Минато порой такая невнимательная...

— Не ожидал, что президент Студсовета опустится до банального шантажа, — осторожно заметил я.

— Шантаж? Ой брось. Я не заставляю тебя, Рэйджи. Выбирай сам, приходить или нет, — она взяла бумажку двумя руками и легонько надорвала с краю. — Но если ты так переживаешь о своих одноклассниках, найди время позаботиться и обо мне. Ты же не оставишь меня наедине с мужланами из Сузумэ-бачи и Камиямы? Кто знает, что они могут сделать с невинной девушкой?

Для убедительности она потянула краешек листка — бумага затрещала, медленно разрываясь надвое.

В каком это месте она невинная? Вот же стерва!

— Ты же хочешь, чтобы эти неодарённые учились основам плетения?

— Ямано, тебе говорили, что ты стерва?

— Много раз, — её щёки порозовели, а в глазах заблестели безумные огоньки. Девушка явно получала удовольствие от происходящего. — Так что ты решил?

Она понимала, что на время став её пешкой, я буду отвечать за наш класс и это играет мне на руку. Но в то же время отвечать я буду перед ней. И что самое дерьмовое, вся школа это увидит.

Но я знал, каким ходом ей ответить.

— Где, говоришь, это кафе?

— Оо... давно бы так, — торжествующе улыбнувшись, она отложила надорванный листок. — Минато скинет тебе адрес. И ещё. Раз ты теперь со мной, называй меня по имени, Цубаки.

Девушка хищно облизнула полные губы и, опершись на руки, откинулась назад. Сорочка плотно обтянула её фигуру, подчёркивая каждый холмик и впадинку.