Он очень дорого оценивает свои услуги и бережет репутацию. Не обманывал еще никого и ни разу.
– Значит, полностью отмажет, если не будет похищения ребенка? – шумно выдыхаю я.
– Угу, – мой визави лениво потягивает что-то темное из бокала.
За это что-то буду платить я. Как и за информацию. Но я считаю, что оно того стоит."
"– Он сказал, – мужик напротив делает еще один глоток, морщится, – что прикроет Стеф по всем фронтам. Тебя он однозначно переплюнет. Сам понимаешь, – пожимает плечами, – политик. Политика всегда сильнее денег.
Ты ж не стал туда лезть. Уехал.
Да. Я уехал. У меня появилась дочь…
И сейчас ее безопасность под угрозой.
– Ну вот и получается, что ему даже на руку вот эта история, – мой собеседник взмахивает своей толстой ручкой, – мать, разлученная с дочерью, годы страданий… – снова морщится.
Он очень хорошо знает Стеф. Да и меня. Этот неприятный с виду тип всех очень хорошо знает.
– Если она увезет девочку без скандала, а ты рыпнешься ее забирать, то он тебя просто закопает, – поджимает губы информатор, – одно твое движение, и ты труп.
Такое в прессе начнется. Отобрал дочь у наивной девушки, не дает встречаться, живет отшельником, девочка не получает ни любви, ни развития…
Перечисляя все это, он делает круговые движения кистью, будто наматывает веревку, стягивающую мою шею.
Уже затянул – не вдохнуть.
Хмурюсь.
Молчу и хмурюсь.
– Я тебя понял, – киваю, встаю из-за стола. – Сколько я тебе должен?
Мужик оценивающе смотрит на меня, прищелкивает языком.
– Ничего ты мне не должен, – еще раз тянется к бокалу.
– За обед заплати и езжай, дочку прячь.
– В смысле? – склоняю голову.
Не понимаю, к чему он клонит. Быть ему в чем-то обязанным совсем не хочу.
– Берг, ты в моем окружении единственный, кто возвращает мне веру в человечество! Ты ребенка больного не бросил, в деревне школу строишь… – информатор вздыхает. – Я когда всех ненавидеть начинаю, о тебе данные пособираю, и сразу мир не кажется омерзительным! Так что, – он хмыкает, – просто заплати мне за обед! А, – оглядывается, – хотя ладно! – взмахивает толстенькой ручкой.
– И за обед я сам заплачу!
– Да ладно уж! – не могу сдержать улыбку. – Ты этот обед более чем заработал.
Бросаю на стол пару крупных купюр и, кажется, впервые в жизни протягиваю моему собеседнику руку.
Выхожу на красивую улицу.
Пешеходная зона, художественно оформленные клумбы, узоры из брусчатки…
Только я сейчас ничего не вижу.
Я очень хочу быть в двухста двадцати километрах отсюда.
