Но вот если по какой-то причине я хочу спать, и не проснулся сам при вашем появлении в радиусе нескольких метров от моего спящего тела, будить меня опасно…
По моим подсчетам, безопаснее взять, что-то потяжелее и кинуть с безопасного расстояния. Желательно еще и спрятаться успеть, гарантии, что снаряд не прилетит в ответ у меня нет.
Даже нежный поцелуй любимой жены в качестве пробуждения однажды закончился разбитым носом… Вернее, сломанным…"
"Это был отпуск. Турция. Наш медовый месяц. Днем всевозможные экскурсии и развлечения.
Ночами мы тогда гуляли по берегу моря, купались. Не забываем про безумный секс и на пляже, и в номере, да и где только было возможно… И прочие глупости, полагающиеся молодоженам. Была страшная жара и днем, и ночью. С деньгами было худо и отель у нас был не самый лучший, кондиционер сломался на второй день нашего там прибывания и починке не подлежал… Нас, конечно, это мало волновало, мы были счастливы. Одна беда несмотря на всю мою подготовку и выносливость, один раз после бокала вина просто уснул от усталости… Таня хотела меня разбудить, поцелуем…
Еще не проснувшись, я ударил приблизившегося ко мне головой по лицу, отчего послышался хруст и ловко, как учили, скрутил руки нападавшему… Это я потом услышал плач и вопль жены… Понял, что натворил… Но нос был уже сломан, извиняться пришлось долго.
Дело чуть не дошло до развода… Помирились, но более меня никогда за двенадцать лет брака поцелуем не будили. Даже обидно, если честно…
Вздохнул и представил, как бы объяснялся с матерью за сломанные носы и конечности деток.
— Обхохочешься, — подвел итог и дотянулся до своих брюк, что почему-то валялись на полу, а рядом обнаружились ножницы. Так… С брюками что-то было не то… Я вытянул перед собой видавшие свои лучшие годы штаны и присвистнул…
Нет, я, конечно, знаю, что мне пора было их поменять, но я точно помнил, что еще вчера на них не было таких дыр…
— Это объявление войны? — я посмотрел на абы как вырезанные отверстия в ткани, что превращали предмет гардероба в половую тряпку и заржал.
— Ну что же ребята, — со злорадством заметил я отбрасывая испорченную одежду и доставая из рюкзака предусмотрительно взятые про запас джинсы. До них детки не добрались, — Придется вам объяснить, что «Побеждает сильнейший»… А сильнейший в этой войне я…
Две минуты на сборы, и я уже был готов к бою, вернее, к завтраку и сборам в школу.
***
— Что это? — спросила недовольная Таисия, разглядывая овсяную кашу у себя в тарелке.
