— Передай детям, что я позвоню, как только смогу их забрать…
— А сам зайти сказать? — женщина нахмурилась, не знаю, от постыдного бегства или оттого, что теперь весь наряд драчуна был помят и грязный.
— Я тороплюсь, — выдал поверженный, когда двери лифта уже закрывались.
— Всегда ты торопишься индюк несчастный… — Женя тихо выругалась, потом посмотрела на меня.
— Он вам угрожал? — теперь внимательного взгляда удостоился я. Я даже покрутился, чтобы доказать, что в порядке.
— Возможно, — я снова улыбнулся, но заметив серьезный взгляд женщины, спрятал улыбку.
— Скажем так ему кажется, что да.
— Это вы его так? — кивок в сторону уехавшего.
— Нет, как бы я посмел… — искренне удивился я, хлопая глазами и изображая саму невинность. Моя блондинка нахмурилась.
— Был бы это я пришлось бы скорую вызывать… — добавил, подумав, что это ее успокоит, — а так он сам. Клянусь!
Евгения минуту смотрела на меня, пытаясь понять шучу я или нет, а потом засмеялась. Только вот смех был ненормальный, истерический.
— Евгения… — я успел ее подхватить, когда она в своем припадке начала оседать на пол.
— Я… я испугалась… что он… вас… а теперь он сам…
Такое я не знал никак поддержать, никак возразить, а прижавшаяся ко мне тонкая женская фигурка и вовсе лишала возможности, понимать происходящее. Воспоминание о поцелуи были еще свежими, к тому же теперь перед детьми мы не сможем дать задний ход…
— Крылов, ты в полной… — пробормотал я, поглаживая вздрагивающие от смеха плечи.
— Что? — Евгения подняла на меня взгляд, и я сглотнул, вспоминая утро и ее наряд, вот будто мне других воспоминаний было мало… и проблем.
— Говорю, что вы меня втянули в авантюру, — тоже я мог сказать и о бывшей жене, но до нее я доберусь позже.
— Какая авантюра, сейчас все объясним детям и…
— Они сразу доложат все своему отцу и тогда… — объяснил истинную суть вещей, которую Женя еще, как видно, не понимала.
— Тогда скандал, — пробормотала работодательница и нахмурилась, кажется, понимая, к чему я клоню.
- А они расскажут… — сделал акцент я на факте.
Нет, не скажу, что я горел желанием изображать из себя жениха, но, допустим на минутку, что я и против не был.
— Но это значит… — Евгения сглотнула и зажмурилась… — Это значит, что нам придется теперь изображать…
— Угу, — вздохнул я, зачем лишние слова она и сама все поняла. Мое же дело ждать.
— О, Господи… я пропала… я вас подставила… о, господи… как же, а что же… — начался новый приступ истерики, переходящий в панику.
