Аврора, ожидая Эвана, иногда болтала с такими же нянями, некоторые из них давно положили глаз на инструктора.
– Уилл сказал, что если я буду так быстро расти, то уже в следующем году пересяду на настоящую лошадь! – восторженно рассказал Эван.
– А эта, – Аврора кивнула на пони, – игрушечная?
Он состроил кислую гримасу, без слов повторяя: ты безнадежна.
– Ладно, – она подняла руки, сдаваясь, – круто-круто, а теперь иди, переодевайся, у нас еще дела.
– Какие дела?"
"– В кондитерскую пончики завезли, надо съесть.
– Вы не похожи на любительницу пончиков, – сказал Уилл, когда они остались в относительном одиночестве. Оригинальностью комплимент не блистал, но какой прок от слов? Самые изысканные и необычные заверения в привлекательности женщины – всего лишь буквы, умело сложенные в кружевной рисунок из фраз. Без искренних чувств это ничего не значит. Даже сакраментальное «люблю» теперь вызывало больше недоверия, чем восторга. Но что на нее повлияло больше: поступок Дрю или же собственное равнодушие? Любила ли она мужчину, за которого планировала выйти замуж, или этот брак им обоим был удобен? Аврора не знала и пока не узнает – никаких мужчин! Но это ведь не мешает поддержать беседу с обаятельным инструктором.
Последовательность, к сожалению, как и у большинства женщин, в число ее добродетелей не входила. Отец, бывало, упрекал в этом грехе маму, она же в ответ еще пуще меняла планы и свое мнение, доводя его до белого каления. Но лично Авроре это виделось некой игрой, их личным ритуалом.
Если им обоим нравилось, почему нет?
Отец… Аврора вспомнила фотографию из дома миссис Барлоу. Неужели их с Джеймсом родители были знакомы? Удивительное совпадение! Надо будет поинтересоваться у него на досуге. Возможно, он что-то знает, а, возможно, и нет: снимок старый, сделанный, очевидно, во время учебы в Оксфорде, до рождения Джеймса, а самой Авроры не было даже в самых далёких планах отца. И что точно она помнила – имя Хью Барлоу никогда не звучало в ее доме.
Вероятно, их дружба с отцом поросла таким густым мхом, что едва ли о ней знал Джеймс. Вот кто точно мог бы пролить свет на эту историю, так это Мелисента Барлоу, но идти к ней – сущая глупость. Вряд ли она снизойдет до объяснений с обычной няней, хотя Авроре не показалась излишне высокомерной, скорее, надменной от природы: такие люди вне зависимости от положения в обществе и доходов считали себя лучшими просто потому что ходили по бренной земле.
