Нянька из другого мира 2

– Я э-э-э… конечно все понимаю, но тут вообще-то дети.

Слава и магистр разом обернулись. Поцелуй, конечно же, нельзя было назвать совершенно невинным. Но все же правила приличия они сохранили, хотя это довольно трудно.

– Это я о Дэлии, если что, – оправдалась Карла.

Магистр усмехнулся, отметив, что его дочь всегда найдет что сказать. Слава покачала головой и бросила взгляд на пунцового Ролдена. Интересно, сколько времени пройдет, пока он сам решится поцеловать Карлу? А вдруг они уже прошли этот этап? В материнском сердце радость сменялась сомнениями.

Но первое все же побеждало.

– А это у нас кто? – магистр тоже заметил парня.

Родден вышел вперед и, поклонившись, представился, как и подобает при подобном знакомстве. Карла, заметив суровый взгляд отца, каким он всегда смотрел на новобранцев, выступила вперед и, взяв друга за руку, рассказала о том, как самоотверженно он бросился их спасать. И об Огоньке, конечно же, упомянула.

– Теперь я точно знаю, что не зря разрешил тебе взять этого дракона в замок, – кивнул Дрэго.

– А что касается тебя, парень, то твой поступок заслуживает награды. Что бы ты хотел взамен за спасение моих дочерей и невесты?

Ролден так откровенно посмотрел на Карлу, что магистр едва не проклял себя за поспешно сказанные слова. Если так пойдет дальше, одна из его старших дочерей не дождется совершеннолетия и упорхнет из-под его крыла гораздо раньше.

– Я хотел бы стать одним из рыцарей ордена Золотой лилии, – отчеканил парень так уверенно, что Дрэго невольно им восхитился.

– Для меня будет честью сразиться с вами бок о бок против того проходимца, который посмел причинить вред Карле, ее семье, драконам и всем гротецианцам.

– Можешь считать рыцарский титул своим, – пообещал Дрэго. – Сегодня же вечером проведем обряд посвящения. За свою доблесть ты получишь медаль за отвагу.

Ролден, снова покраснев, поклонился, а магистр перевел взгляд на Славу. Взял ее за руку и, выражая восхищение, произнес:

– Ты, любовь моя, заслужила высшую награду. И я с гордостью вручу тебе медаль и свое сердце.

Признательность Славы не знала границ. Но она спасала девочек вовсе не за медаль или другие почести, о чем и сказала Дрэго.

– Видеть их счастливыми – вот высшая для меня награда.

Магистр был тронут до глубин души. Он поднес руку Славы к губам и, поцеловав, приложил к своему пылающему сердцу.

– Так ты откажешься от медали?

Слава улыбнулась и повела плечом. Кокетничать она так и не научилась, но это ей было и не нужно.