Свернувшись калачиком и прижимая к себе подушку, она тихо всхлипывала, чтобы не разбудить сестру. Ее узкая спинка то и дело вздрагивала.
— Эй… — Слава осторожно присела на ее кровать и коснулась растрепавшихся волос. — Что такое? Могу я тебе помочь?
— Лучше уйди, — послышался слабый ответ. — Не хочу, чтобы ты видела, как я плачу. Ты сама говорила, что мы должны быть сильными и выносливыми. А я… я…
Слава улыбнулась в темноту, успокаивающе провела ладонью по детской спине, боясь, что Карла оттолкнет. Но та лежала смирно и, кажется, стала понемногу расслабляться.
— Плакать не стыдно, — тихо, но четко проговорила Слава. — Даже сильным девочкам. И мужчинам.
— Мужчины не плачут, — заявила Карла, шмыгнув носом.
— Неправда, они плачут. Они плачут гораздо страшнее — без слез.
— Как это - без слез?
— Сердцем, — вздохнула Слава. Прикрыла глаза, предаваясь таким далеким, но все еще четким воспоминаниям. — Только сердцем…
То ли тембр голоса Славы, то ли ее слова, но что-то заставило Карлу на время опустить стену, которой она отгородилась, и поделиться своей грустью.
"
"— Когда вижу во снах маму, то не хочу просыпаться, — шепотом проговорила она. — Хочу остаться там, вместе с ней.
— Она все еще с тобой, — с полной уверенностью произнесла Слава. — В твоем сердце. Все, кто дороги нам, не уходят без следа. Они всегда рядом с нами, поддерживают и оберегают.
— Папа тоже так говорит, — кивнула Карла. — Но все это глупости. И вообще, что ты знаешь о смерти? Ты же никого не теряла.
Слава снова улыбнулась, но улыбка эта вышла горькой.
В горле застряли слезы, но она нашла силы продолжить разговор:
— Мои родители погибли в аварии, когда я была такой же, как сейчас Делия. Бабушка, воспитавшая меня, умерла, когда мне стукнуло шестнадцать. Наверное, я и пошла в армию, чтобы забыться. Отрешиться от всего мира. А там… там меня окружала смерть. Врагов, друзей. Этих смертей было так много, что я потеряла им счет. Но не привыкла, как многие думают, не очерствела. Не смирилась с потерями. Я начала понимать по-другому.
Научилась слышать тишину.
— Тишину?..
Карла размазала по лицу слезы и, приподнявшись, заглянула няне в лицо.
— Да, — подтвердила та. — Закрой глаза. Положи руку на сердце, вот так. И прислушайся… Дыши ровно и не отвлекайся ни на что. Вспоминай только радостные дни, когда любимые были с тобой рядом. Ты слышишь их смех? Чувствуешь дыхание на своей щеке — легкое-легкое, как прикосновение лепестка полевой ромашки.
Спина Карлы перестала вздрагивать.
