Даже в мире магии, где, кажется, возможны любые чудеса.
Выданное ведро больше напоминало бочонок с широкой каменной ручкой. Если бы не хорошая физическая форма (тоже, кстати, восстановленная магистром), Слава ни за что не приподняла сей предмет. Еще большее удивление и разочарование ее ждало, когда она увидела того самого дракона, мирно дремавшего в отдельном стойле, размером с пятиэтажку.
— Ну, ни фига себе… — присвистнула Слава.
Даже лежа, со сложенными за спиной крыльями, дракониха походила на гору. Бело-розовая, с серебряным гребнем вдоль головы и спины, мощным хвостом, заканчивающим пушистой кисточкой, и лапами, толщиной с туловище кабана гигантская особь представляла собой воистину впечатляющее зрелище.
Вот она приоткрыла один глаз, сверкнувший зеленым, и принялась наблюдать за неизвестной. Слава меж тем обошла ее со всех сторон, задумчиво постукивая указательным пальцем по нижней губе. Вообще-то она даже корову доить не умела, не то что дракона. И с какой стороны подойти, понятия не имела.
Ведро громыхало и оттягивало руку, но девушка не сдавалась, ведь именно этого от нее ждали Карла и Карина.
— М-да… — нерешительно проговорила Слава.
Но все же подошла ближе и даже рискнула заглянуть драконихе между ног. В этот момент почувствовала боль и жжение в висках. А после услышала… Нет, скорее почувствовала вибрации, постепенно сложившиеся в слова:
— И что ты там ищешь?
— Где? — удивленно воскликнула Слава.
— У меня между ног, — хохотнул голос.
— Вымя, — честно призналась девушка.
— А-а-а… — озадаченно протянули в ответ. — Ну, поищи, раз хочется. Так и быть.
Дракониха задрала одну ногу и хихикнула — совсем как одна из проказниц-сестер. Вымени, к слову, не обнаружилось. Слава окончательно пришла в замешательство и с силой громыхнула ведро об пол.
— Слушай, пока ты там, почеши пузо, а? — предложила дракониха. — Вижу, ты девушка смелая, решительная. Не то, что эти полудурки рыцари. Бегают, суетятся, держать меня пытаются. Ой, а знаешь, как весело у них лопаются шлемы — как мыльные пузыри, чес слово.
Пук — и все. Правда, магистр запрещает так делать, сердится. Но весело же, оборжаться можно!
Слава прокашлялась, искренне надеясь, что шлемы рыцарей лопаются пустыми.
Глава 12
Живот драконихи оказался мягким, нежным, поросшим тоненьким, словно паутинка, пушком. Не просто теплым — а по-настоящему горячим, будто прикасаешься к боку жарко натопленной печи. Словом, чесать такое пузо — одно удовольствие.
