Понимаете, Орден Золотой лилии - первый и единственный, кто смог наладить контакт между людьми и высшими существами. Мы, рыцари, выступаем гарантом того, что драконы не нападут, дрессируем тех, кто слаб разумом. Договариваемся с теми, кто сильнее нас самих. Это взаимодействие выгодно обеим сторонам, но стоит немного ослабить вожжи, и привычный мир рухнет. Снова начнутся нападения драконов на людей и наоборот.
Слава мало знала об истории Гротеции и противостоянии магов и драконов. Но много знала о человеческой натуре.
Она видела монстров с внешностью людей. Тех, кто притворялся человеком, а творил то, на что не решилась бы самая жуткая тварь из ночных кошмаров.
Сейчас же она видела перед собой демоническую оболочку с сердцем настоящего человека. Мужчину, отца, защитника жителей Гротеции и драконов. Того, кто разрывался между долгом и любовью к собственным детям. Ведомая трепетным порывом, она протянула руку и накрыла ладонь магистра своей. Кожа его была горячей и плотной, темные ногти наощупь напоминали прибрежные камни, обточенные морем и согретые солнцем.
— Не вините себя, вы делаете все, что можете, — произнесла Слава. — И даже больше. Я вижу, как сильно вы любите и дочерей, и драконов. Обещаю, что буду присматривать за вашими малышками и сделаю все, что в моих силах, для их счастья. Не потому, что у нас контракт. А потому, что они заслуживают только лучшего, как все дети в любом мире.
Дрэго поднял на нее взгляд и машинально перехватил ее ладонь. Она была такой холодной, по сравнению с его, что сработало инстинктивное желание согреть.
Удивительно маленькой и изящной была рука у той, что в прошлом мире была воином. Небольшие мозоли не в счет, это всего лишь отголоски того, что прежде ей приходилось приводить в движение габаритное инвалидное кресло.
— Спасибо вам за все, — вдохновенно проговорил Дрэго, не выпуская руки Ярославы. — Я так рад, что вы появились в нашем замке и в нашей семье. Не представляю, что бы мы без вас делали.
В этот момент в кабинет вошел капеллан. Как обычно, пользуясь преимуществом должности и близкой дружбы с магистром, он сделал это без стука.
Заметив открывшуюся его проникновенному взгляду сцену, дон Дино замер в дверном проеме с открытым ртом.
А Дрэго и Ярослава все еще смотрели друг другу в глаза, словно могли общаться без слов. У магистра даже кончик хвоста подрагивал, что говорило о крайней степени возбуждения. Кажется, кое-кому няня нужна даже больше, чем детям.
— Гх-м!.. — дон Дино прокашлялся в кулак.
