Молот достал телефон, который вообще-то по инструкции должен был оставить на базе, и принялся снимать необычный гриб. Сверху, снизу, вблизи, издалека.
— Кончай с ним возиться! — разнервничался Толик.
— Еще пару сек! — возразил Молот.
Увлекшись, ребята разговаривали все громче. Словно позабыв то, что так долго и не всегда тактично вдалбливали в их разнесчастные головы наставники и командиры. Секретное задание должно оставаться секретом — даже для ворон и грибов.
— Пошли же! — Толик потянул друга за рукав форменной куртки.
— Моя пре-е-елесть, — завороженно произнес Молот.
— Да обычный мухомор.
Последнее слово он произнес так громко, что его услышали не только грибы и вороны, но и Слава. Услышала и, как договаривались, дала деру, ожидая, что парни уже рядом. Буквально летела, чувствуя близкую победу.
Вот только ребята находились за несколько метров от нее.
Поняв, что натворили, бросились на помощь, ломая ветки и создавая такой шум, будто по лесу неслась целая дивизия. Тогда и прогремел выстрел.
Не успела Слава убежать далеко…
Она не помнила, сколько провалялась на земле, не слышала гомона испуганных птиц и разбегающихся в суматохе животных. Не чувствовала капель дождя на своем лице, холода, сырости. И собственного тела ниже талии.
Оглушенную и совершенно беспомощную, парни нашли ее и дотащили до вертолета. Для начала им пришлось разобраться с террористами. Не то осознание, что они подставили напарника, не то собственная ловкость, но задание было выполнено.
Пусть и совсем не так, как оговаривалось.
А Слава…
Это задание стало для нее последним. После был госпиталь, врачи в белых халатах, бессмысленные процедуры. И неутешительный диагноз: ходить Слава не будет. Никогда. Современная медицина бессильна перед переломом позвоночника.
Ее назвали героем и отправили обратно, откуда взяли — в небольшую подмосковную квартирку, доставшуюся от родителей. С обветшалыми стенами и крикливыми не в меру соседями. Сначала Славу навещали часто, приносили продукты и свежие байки.
Особенно старались подбодрить подругу Толик и Молот, считавшие себя виновными в произошедшем. И хоть Слава ни словом не обмолвилась о нарушенном уговоре и том самом заклятом «мухоморе», муки совести не отпускали парней. Ведь расскажи Слава правду, их бы наказали по всей строгости.
— Мы не заслужили такого напарника, как ты! — сказал Толик, сдерживая слезы.
Больно было смотреть на всегда бодрую и энергичную подругу.
