Когда мы подросли, то тоже начали помогать им, и все вылилось в семейную традицию, наполненную особым теплом.
— Они тоже были голыми? — приоткрыла один глаз, тая от объятий Марка, который, послушав супруга, прекратил притрагиваться к чувствительным местам.
А жаль.
— Наверное, когда были только втроем, — глаза Алена заискрились от озорства.
— Он старался произвести на тебя впечатление, — шепнул Марк, сдавая брюнета с потрохами.
— Ты тоже мог надеть халат, а не выходить в одном полотенце, — Ален закатил глаза, отворачиваясь к плите.
— И проиграть на твоем фоне? Размечтался, — фыркнул и, распустив мою шишку, зарылся носом в волосы, громко вдыхая.
— Вы такие милые, — улыбнулась, а у самой мурашки по коже от жаркого дыхания сзади.
Марк, словно чувствуя мой настрой, развернул к себе и поцеловал, жадно, так, как умеет только он. Застонав, заскользила ладонями по мокрой груди вниз и ответила, вложив весь свой голод в поцелуй.
Мощный всплеск мужской силы околдовывал и пробуждал мою женскую мягкость.
Хотелось стать нежной девочкой, мурлыкающей в такт его частому сердцебиению.
Поцелуй прервался слишком рано. Мне мало, хочется еще. Может, поэтому тянусь к рыжику на цыпочках вверх.
— Это ты сегодня милая, тебе идет без косметики, — очертил подушечками пальцев скулы, губы и обнял шею, слегка сжав, поцеловал вновь.
“То, что доктор прописал,” — пронеслось в голове.
— Имейте совесть, мне никак не отойти, пригорит, — заворчал Ален, и Марк улыбнулся, прервав поцелуй.
— Сейчас ты воплощаешь собой образ ворчливой жены.
— Еще раз назовешь так… — прищурился.
— И? Отшлепаешь? — поиграл бровями рыжик, поглаживая пальцами мою спину.
— Выдеру без смазки, — оскалился Ален.
— Какой дерзкий, — хохотнул Марк, поцеловав меня в висок.
— Не веришь? — вновь прищурился.
— Ты меня слишком любишь, малыш, чтобы воплотить свои слова в жизнь.
В словах Марка было столько любви, что даже у меня потеплело внутри, что уж говорить про Алена.
— Люблю, — шепнул тот и отвернулся.
Это было слишком для меня. Я больше не могла противиться. Отстранившись от Марка, подошла к брюнету и обняла его со спины.
— Я скучала, а ты даже не обнял, — пожаловалась, прижавшись щекой к спине.
Алену не потребовалось много времени, чтобы выключить плиту и повернуться ко мне с виноватым выражением на лице.
— Прости, я хотел, чтобы тебе было с нами хорошо, и…
— Тсс, — притронулась пальцем к губам мужчины. — Мне будет хорошо, если ты меня поцелуешь.
