Ночь над прерией

Зачем нужны праздные руки на картине, если они могут развязать руки любимые! Нужны деньги для родео, деньги на автомобиль, деньги для приобретения хотя бы двух лошадей.

И все время, пока Квини ехала до почты и сдавала письмо, она не могла отделаться от мысли, что ради одних интересов она предает другие. Вернувшись, она занялась обычной домашней работой. Старый Кинг помогал ей и был приветлив. Он сходил на охоту и опять подстрелил фазана. Приготовлением его занялся сам, и Квини не пришлось об этом заботиться. Ей же он предоставил варить брюквенную кашу и печь лепешки.

Так, в полном благополучии, прошли три дня.

На четвертый прибыли незваные гости.

Это началось уже с утра, когда Патрик Бигхорн и Гудман-старший поднялись на своем дряхлом автомобиле по дороге, ведущей через луг, и расположились со старым Кингом в доме. Квини занялась работой снаружи; она не рада была гостям, потому что по глазам их определила, что это пьяницы. Около полудня появились еще двое, которых Стоунхорн называл старыми братьями. Они несколько смущенно и хмуро взглянули на молодую женщину.

Квини вошла в дом и спросила отца, не приготовить ли им что-нибудь поесть. Она услышала в ответ, что гости сами прихватили с собой все необходимое. Один из мужчин хотел было поскорее спрятать бутыль, которая стояла рядом с постелью, но Квини уже успела заметить, что этого хватит, чтобы свалить с ног даже самых закоренелых пьяниц. Квини чувствовала, что тут она совершенно бессильна, и решила позаботиться хотя бы о вещах, вынести их из дома, пока мужчины не перепились. Она хорошо знала, что так делают индейские женщины уже чуть не сотню лет с тех пор, как уайтчичуны завезли в Америку этого духа, которого белые люди называют «алкоголь».

Из болтовни пьяниц Квини стало ясно, что старый Кинг уже несколько дней не показывался на глаза этой компании, но они-то знали, что у старика еще есть деньги, и набрали в счет его кредита контрабандного пойла, притащили его сюда.

После полудня голоса стали громче, а тут появились еще и новые гости.

К вечеру Квини услышала, как в доме что-то загрохотало. Стоунхорн свое ружье забрал с собой, но осталось ружье старого Кинга. Грохот сменился чьим-то отчаянным ревом, а затем начался кромешный ад.

Квини прислушивалась, она даже спустилась поближе к дому. Выли собаки.

Кобыла навострила уши. На всякий случай Квини оседлала ее. Она была даже рада, что Стоунхорна нет дома. Он бы наверняка попытался выбросить гостей, а это небезопасно. Пусть уж гибнет имущество.